«Мистер Мерседес» по Стивену Кингу

«Мистер Мерседес» мог бы быть потрясающим 2-часовым фильмом. Но зачем было развозюкивать эту кашу-малашу на 10 серий, я решительно не понимаю. Брендон Глисон, конечно, умеет дать обаятельного алкаша-мизантропа, но на одном обаянии десять серий не вытащишь.

Мистер Мерседес

Это AT&T что ли настояла? Типа модно сериалы делать, так давайте сделаем по-взрослому много серий?
— Сколько ты пьёшь?
— Недостаточно.
Отличный диалог, спору нет. Но следующая удачная перестрелка фразами будет через сорок минут. Ждите, ага.

Опять же с чувством меры что-то не то. Вообще, один раз посмотрев, как взрослая женщина целует сына в губы и лижет ему лицо, мы догадываемся, что тут налицо инцест. Не надо потом всё время дрочить мальчику, мы поняли-поняли. Но нет, теперь все хотят догнать и перегнать «Игру престолов».

Первые две серии посмотрел, ожидая, что всё-таки случится какое-то действие. Потом ещё несколько глядел уже вполуха, за готовкой, просмотром почты и прочими мелкими делами. Досматривать не буду — не вижу причин. Неинтересно.

Впрочем, любителям так называемых «атмосферных сериалов» (ну, это когда ни сюжета, толком, ни диалогов, зато есть картинка) возможно и понравится.

Приходит дракон (A Dragon Arrives! 2016)

Пост для тех, кому нравится режиссер Линч, сериал True Detective и так называемые «атмосферные фильмы». Я на днях посмотрел иранский фильм «Приходит дракон» (A Dragon Arrives! 2016). Лента невероятной, просто обжигающей красоты. Кадры хочется распечатывать и вешать на стенку. Но на этом, пожалуй, всё. А, нет, музыка там весьма и весьма. Вот теперь всё.

A Dragon Arrives

Потому что кроме гнетущей мистической атмосферы и красоты там больше ничего нет, а главное — нифига непонятно и туманная развязка, начисто лишённая изящества. Актёры работают очень хорошо, но… Когда сюжет разваливается, всё это становится ненужным.

Агент тайной полиции приезжает на заброшенный пустынный остров, где покончил с собой ссыльный политзек. Он проводит расследование и должен организовать похороны. Дальше начинается Мистика-и-Тайна. Поселяется он в заброшенном корабле, потом выясняется, что как только тут кого хоронят, сразу случается землетрясение, дальше – больше, маховик Тайны раскручивается и… Всё.

Это примерно такая же лажа, как с (вообще-то офигенским) сериалом Betoolot, когда ты ждёшь, что сейчас тебе всё-всё объяснят, а они тебе такие: «Сам себе объясняй». И просто прерывают процесс и всё. Бум. Финал. И сидишь, как дурак. И спрашиваешь у собаки: а вот это тут сейчас было, оно потом куда делось? А вот это вот? А вот этот чувак, он почему вот так сделал? А этот? И тут как в анекдоте про осеменятора коров «А поцеловать?».

В общем, такое вот кино. Я ни Линча, ни True Detective не люблю (прямо сильно-сильно), но вдруг, кто. Я не жадный. Делюсь, вот.

Герман Кох «Ужин»

кох_ужин«Роман, спровоцировавший общественную дискуссию», «кризис европейских ценностей», «социальная сатира», «раскол общественного мнения» – всё это, конечно, полная хуйня. И этой хуйни, товарищи, об этом романе написано много. Это, кстати, понятно, поскольку для маленькой Голландии бестселлер с тиражом более миллиона проданных экземпляров – это большое событие, а вокруг большого события всегда много хуйни. Почему «хуйни»? Потом что «Ужин» – это во-первых книга о людях, и только во-вторых – о ценностном кризисе и так далее.

Я проглотил роман за несколько часов, ни разу не оторвавшись от чтения. Если бы он был о «кризисе европейских ценностей», я бросил бы через полчаса. Я не в Европе живу, мне до эфемерного кризиса каких-то ценностей столько же дела, сколько до ностальгии просвещённой части иранцев по свободным временам доисламской поры. Ну, прикольно, чо. Но не цепляет ваще.

кох

А «Ужин» цепляет и ещё как. Потому что Кох спрашивает «А что ты будешь делать, если твой ребёнок совершил преступление?»; «А как далеко ты можешь зайти, защищая свою семью? А ты уверен?»; «Бить или не бить – вот в чём вопрос?». И там таких вопросов очень много, но как всякий нормальный писатель Кох не превращает всю эту историю в назидание, а предоставляет читателю разбираться с этими вопросами самому.

«Ужин» весьма изящно сконструирован. Кох идёт тропой, проторенной Вирджинией Вулф, написавшей в 1927 году «На маяк». Помню, когда после падения «железного занавеса», я прочёл этот роман, будучи студентом, мне показалось, что у меня третий глаз открылся реально. Вулф использует приём, подробно разобранный в потрясающей книжке Эрика Ауэрбаха «Мимесис», в главе «Бурый чулок». Миссис Рамзи примеряет только связанный чулок на ногу сына и в этот момент у неё перед глазами проносятся сцены из жизни, между двумя репликами в духе «не вертись» и «стой спокойно» умещаются две страницы текста. Границы внешней и внутренней реальности полностью размываются и ты туда проваливаешься, как в омут.

Вирджиния Вулф

Вирджиния Вулф

Кох сделал свою книгу сходным образом: формально в романе описан ужин двух голландских пар в фешенебельном ресторане. Но сюжет не в этом, а в том, что происходит в голове героя-повествователя, Паула Ломана, чьими глазами мы и видим всё происходящее. И там моё любимое – что скрывается за внешним благополучием двух буржуазных семей из высшего общества? Ибо старший брат Ломана Серж претендует на пост главы правительства, он – рок-звезда местной политики, а вот сам Паул – социопат, сидящий на таблеточках. Плюс ещё их славные детки.

кох ещё

Я бы призвал читателя не знакомиться с рецензиями на «Ужин», во избежание поглощения спойлеров и хуйни про «кризисы ценностей», а сосредоточиться на собственных ощущениях. Тогда роман действительно встряхнёт. Кох молодчина. Я параноик, всех подозреваю в спекулятивности и провокациях, но Кох и вправду молодец. Книжка хороша, это не Прилепин с его лобовыми провокациями, выносящими его тексты за границы определения «литература». Кох сбил ядрёный коктейль из семейной саги и психологического детектива, получилось весьма бодряще.

Ты умрёшь 


Почему-то не люблю фильмы (особенно триллеры) про идиотов и слизняков. А вот You’re Next очень годненький такой. Про жажду жизни, бойцовский дух и всё такое. Добротный боевик в старом духе, всё, что мы любили в незадумчивых лентах типа «Коммандос», «Кобра» и т.п. Для мальчиков разного возраста, чисто скоротать вечерок. 

Грязь | Filth

Снятый в 2013 году по роману Ирвина Уэлша фильм в жанре «вы-наверняка-скучали-по-гаю-риччи» рассказывает о полицейском детективе, который ради повышения в должности подставляет коллег. Я не фанат Ирвина Уэлша, Trainspotting во мне диких восторгов не вызвал, Acid House, так вообще не понравился. Производственный роман из быдло-нарколыг совершенно не то, чем я мечтаю развлечься вечером.

Attachment-2017-01-14-22-26.png

«Грязь»… Непонятный фильм. Я не читал роман, но стойкое ощущение, что режиссёр не справился с материалом. Фильм какой-то фрагментарный. Там и радости нет, и катарсиса тоже. Макэвой, разумеется, сыграл великолепно, но… В общем, проходная лента, о которой и плохо не скажешь, и похвалить не за что. Формальные уловки были бы милы, если бы в мире было на тонну меньше последователей Гая Риччи. Про вещества тоже надоело смотреть.

В общем, спасибо Макэвою за хорошую игру, а мы поехали дальше.

Мариша Пессл «Ночное кино»

Я начал читать этот роман по рекомендации моей приятельницы, которая сравнила его с «Правдой о деле Гарри Квеберта«. Я с налёту одолел сразу страниц, наверное, сто, не заметив как робкое зимнее солнышко спряталось за домами, сдавшись багровым сумеркам. Я читал «Ночное кино» запоем, забывая есть, работать, совершать деловые звонки. И я не успокоился, пока не дошёл до конца.

MG_2410-1-2017-01-15-17-20.jpg

Журналист, заклеймённый позором профессионального сообщества, юная актрисулька, работающая официанткой, и юный же алкаш и наркоман без определённых занятий, ищут причины смерти Александры Кордова, пианистки-вундеркинда, чей отец Станислас Кордова породил целый культ.

Он снимал фильмы ужасов, до того страшные, что половину из них запретили к показу и посмотреть их можно было на нелегальных сборищах кордовитов где-нибудь в катакомбах Парижа. Сам Кордова жил затворником в огромном поместье, куда невозможно было проникнуть. Смерть его дочери сопровождалась чередой таких странных явлений, что расследование превратилось в мистический трип…

«Гарри Квеберт» — сложный и тонкий механизм, со множеством деталей, шестерёнок, сочленений, колёсиков, телескоп сознание поворачивает, пока все ложные финалы не уйдут со сцены и правда не засияет во всей своей красе. «Ночное кино» совершенно другая книга. Тут нет множества мелких крючочков. Мариша Пессл смогла сгустить такую захватывающую дух атмосферу, что будто бы с горки катишься куда-то в чёрную воду, и жутенько, и весело, и останавливаться не хочется.

2_8627b2937e3a33039950b142f2d56067_1464265835-2017-01-15-17-20.png

1_c43cab2187a58fe9ef95f257fa815e34_1464265826-2017-01-15-17-20.png

scrn_big_1-2017-01-15-17-20.jpg

И вроде бы понимаешь, из чего это сделано, но результат замечательный. Сканы статей, скриншоты сайтов — все эти приметы цифрового мира конечно ужасно милы, но они не главные кусочки в этом паззле. Главное, это как мастерски Пессл закручивает интригу, чтобы в конце окатить читателя ушатом холодной воды:

        «Какой облом.
У меня всегда наступал легкий облом в финале расследования, когда озираешься и видишь, что не осталось больше затененных углов – нечего копать. Но на сей раз вышло иначе. Накатило опустошение…
И эта <…> правда уничтожила все, одним ударом срубила волшебные сумрачные джунгли, куда я забрел по следу Сандры, и теперь я стоял посреди плоской пустыни, залитой светом, но совершенно голой».

Это ровно то же самое, что чувствует в конце повествования обманутый читатель. К счастью, Пессл милосердно дарит нам то, чего мы хотим всю дорогу – мистическую Надежду на откровение. Но, честно говоря, перед этим предстоит пережить действительно крутой облом.

Прекрасное путешествие. Замечательный роман.

В сердце моря | In the heart of the sea

Не так часто встречается хороший фильм-аттракцион, который сочетал бы в себе черты бабахающего блокбастера и некий смысл, который должен был бы содержаться в произведении искусства. Фильм «В сердце моря» (In the heart of the sea, 2015), разумеется, не блещет философскими откровениями, но он интересен и оставляет приятное послевкусие.

v-serdtse-morya-in-the-heart-of-the-sea-211

Молодой Герман Мелвилл (Бен Уишоу, «Парфюмер»), уже став популярным писателем после опубликования романа «Тайпи, или Беглый взгляд на полинезийскую жизнь» приезжает к старому моряку Тому Никерсону (Брендан Глисон, «Однажды в Ирландии», «Залечь на дно в Брюгге») и предлагает ему все свои сбережения, чтобы услышать их первых уст историю крушения китобойного судна «Эссекс», на котором Никерсон ходил юнгой, когда был подростком. По официальной версии, «Эссекс» сел на мель, но слухи говорили о том, что корабль был при загадочных обстоятельствах потоплен огромным китом.

Никерсон отказывается и только под давлением жены рассказывает правдивую историю о том, как чудом спасшиеся матросы дрейфовали по Тихому океану на изодранных штормами вельботах, вынужденные поедать трупы своих товарищей. Противостояние рационального капитана Джорджа Полларда (Бенджамен Уокер, «Президент Линкольн: охотник на вампиров») и пассионарного старпома Оуэна Чейза (Крис Хемсворт, «Тор») происходит на фоне погони за кашалотами, штормов, взрывов бочек с китовым жиром, смертей и ожесточённой борьбы за жизнь.

heartsea_trailer

И да, эти чортовы бочки бабахают как следуют. И эти невероятные киты опрокидывают лодки. И всё это очень масштабно, красиво и… И опять красиво. Это всё то, что мы подростками любили в рассказах Джека Лондона. Только здесь человек не побеждает стихию, наоборот, финальные фразы фильма показывают, насколько бессмысленной была эта война с природой.

Режиссер Рон Ховард («Оскар» за фильмы «Аполло-13» и «Игры разума») снял также и известные залепухи по самым нашумевшим романам Дэна Брауна. «В сердце моря» милосердно сочетает в себе зрелищность и сюжет. Отличное развлечение на вечер.

Кормак Маккарти "Старикам тут не место"

Очень странная книга. То есть книга хорошая, но странная очень. Понятно, что после экранизации братьями Коэнами при прочтении очень трудно отрешиться от навязанных ими зрительных образов. не зря им дали восемь «Оскаров» за этот фильм. И когда мрачный убийца Антон Чигур выходит на тропу войны с пневматическим пистолетом для забоя скота, снова и снова встаёт в памяти Хавьер Бардем, куда без этого?

Кормак Маккарти и братья Коэн

Меня сразу некоторым образом смутило предуведомление: «Синтаксис и пунктуация полностью соответствуют авторскому тексту». Но если б не оно, я попросту подумал бы, что роман переводил школьник, забывший расставить запятые. На самом деле, игра с пунктуацией у Маккарти гениальна. Поскольку отсутствие запятых в воспоминаниях старого шерифа словно подчёркивает местечковость его фраз, имитирует звучание речи. Он — герой-моралист, на его воспоминания и рассуждения о падении нравов вся прочая повествовательная ткань нанизыввается как на шампур. К счастью, Маккарти удаётся не переборщить с морализмом, более того, он вроде бы всю дорогу говорит о том, что, мол, o-tempora-o-mores, а потом не то, что не предлагает однозначной трактовки всего произошедшего, а попросту подвешивает всё в воздухе.

И текст у него вполне в хемингуэевском духе: герой пошел, герой встал, герой сел, увидел некий предмет, предмет был таким-то, герой сделал с предметом то-то. В общем, такое «называние вещей». Пересказывать биографию автора и перепевать хвалебные оды критиков не буду, скажу только, что читается роман на одном дыхании. Сдержанные диалоги очень напоминают старые вестерны, что придаёт книге особенную прелесть.

И снова про нарушенную пунктуацию. Это — как и отказ от разбиения на главы — один из способов заставить читателя постоянно возвращаться назад, чтобы снова и снова понимать роман. Маккарти, в этом смысле, как старый дед, учащий внука плавать. Он снова и снова насильно окунает читателя в роман, заставляя его понять текст. Слово «понять» обозначает некое ментальное усилие, которое необходимо совершить, чтобы получить удовольствие от текста. И автора совершенно не волнуют читательские привычки. Он давит на читателя, как Антон Чигур давит на хозяина заправки, подбрасывая монетку и взвешивая его жизнь.

И способ, которым Маккарти управляет ритмом романа, читательским восприятием, вызывает у меня восхищение. Меня лет с пятнадцати интересовали формальные уловки, при помощи которых текст превращается то в тесто, то в камень. Писатель представлялся мне этаким поваром, который стоит с кульком запятых, многоточий и тире, помешивает в кастрюльке некое варево и совочком отсыпает туда точки и дефисы. Как добавляет изюм в кекс. А потом на полке появляются баночки с притёртыми крышками и наклейками. Так же как бабушка писала на банках «смородина» или «капуста 2001». Только тут «глава первая», «глава вторая».

Первые отзывы, что я получил в ответ на свой собственный текст, были именно требованиями, чтобы я привёл текст в соответствие с привычкой читателя. Несколько раз, размышляя над этим, я давал слабину, задавая себе совершенно идиотский по сути вопрос: «а, может, и вправду я слишком заигрываюсь?». А Маккарти отвечает на этот вопрос очень просто: ему как автору попросту нет дела до того, что скажет читатель. Он может или прочесть или не прочесть. И это, пожалуй, самая правильная авторская позиция.