Как сделать так, чтобы отпустило

Так вышло, что один из тату-мастеров, делавших мне татуировки, пару раз сидел в тюрьме. Лет восемь у него в анамнезе, что-то типа того. Потом он уже завязал с этим унылым и малоприбыльным занятием, начал рисовать, стало получаться и так далее. И вот он встретил как-то одного урку, с которым вместе на нарах чалился. А к этому моменту мой тату-мастер, любивший пробовать всё на себе, был уже нарядным как хохломская ложка. Только на лице татух не было.

Ну и тут этот его бывший сокамерник начинает его по понятиям пробивать: а чо за дела? А это чо за кот у тебя на руке? Ну и вся эта гнусавая словесная перхоть, как вы понимаете. А к этому моменту мой тату-мастер уже стал респектабельным парнем, зарабатывал пару тыщ баков в месяц и клиентура у него росла и росла. И вот он терпел-терпел всю эту гнусь шершавую от человека, который еле перебивался между мелкими кражами, и в конце концов спросил:

– Чё, не отпускает восьмиклинка?

Поэтому поговорим сегодня о том, что бы такого сделать, чтобы «отпустило». А то я всё время рассказываю про нарративную самотерапию, а что это – не объясняю. Объясняю. На самом деле, мы – это текст. В это трудно поверить, но мы на самом деле – текст. Мы же постоянно что-то рассказываем о себе всем вокруг и самим себе, в том числе. «Я жила с мамой, отца видела последний раз в пять лет». «Меня забрали в армию, там-то я всё и понял». «Сука, ей только бабки мои нужны были». «Как бы я ни старалась, он всё равно не полюбил меня так же, как первую жену». Всё это текст. И мы склонны его постоянно повторять.

Хорошие новости: текст, который мы рассказываем о себе, всегда можно переписать. Это не «позитивное мышление», когда у нас по всей морде прыщи, а мы, тем не менее, смотрим в зеркало и начитываем странную мантру «моя кожа гладкая и чистая», обманывая себя и подражая шизофренику. Нет. Нарративная самотерапия работает чуть иначе. Мы можем переписать свой текст так, чтобы принять себя.

«Принимающий» текст строится по формуле «да, но». Например:

  • ДА, я жил в агрессивной среде, под постоянным давлением среди малолетних уголовников. НО я стал респектабельным членом общества и не пошёл по кривой дорожке;

  • ДА, я действительно знаю, что такое длительная социальная депривация (одиночество), НО мне удалось не озлобиться и стать человеком, к которому искренне тянутся другие люди;

  • ДА, я рос очень болезненным ребёнком, НО при помощи боевых искусств мне удалось стать сильным и крепким парнем;

  • ДА, мои родители применяли ко мне эмоциональное насилие и манипулировали мною, НО мне удалось создать собственную счастливую семью и я горжусь тем, что научился быть заботливым и принимающиим партнёром.

И так далее. То есть, все мы склонны очень подробно расписывать ту часть, которая про «ДА». И это, как правило, обвинение кого-то внешнего, которое может растянуться на километр. Мы гигабайт подробной фигни можем написать про то, как нам не повезло, потому что родители (СМИ, государство, тот пидор, эта сучка, все они – нужное подчеркнуть) так плохо с нами обошлись и обманули нас-несчастных. И это тупик. Это петля, в которой можно бултыхаться бесконечно.

Поэтому мы применяем ту часть, которая «НО» как противоядие против перекладывания ответственности на внешнего врага. «ДА, я действительно получил плохое образование, НО благодаря своему упорству и любопытству, я овладел редкой профессией и стал высокооплачиваемым специалистом». А поскольку мы склонны циклиться на обвинениях и самооправдании, то мы просто приклеиваем положительную часть «НО» к этому внутреннему нытью всякий раз, когда ловим себя за этой изнурительной ментальной мастурбации.

Это довольно увлекательное упражнение и, самое главное, оно прекрасно работает. Попробуйте и, возможно, оно откроет перед вами новые двери и навсегда захлопнет старые, ржавые, из-за которых постоянно говном воняет. Перепишите свой текст, это прикольно.

Обнимаю, ваш любимый провинциальный писатель М.

Лишённые совести

Надысь прочёл не только увлекательную, но чрезвычайно полезную для всех половозрелых обитателей планеты Земля книгу. Вспомнился эпизод из первой серии сериала «Шерлок» (который с Камбербатчем, да). Ватсон впервые приезжает на место преступления вместе с Шерлоком. Женщина-коп презрительно спрашивает его: «А ты-то что делаешь рядом с этим психопатом?». Шерлок незамедлительно реагирует с ледяным презрением в голосе: «Я не психопат. Я – деятельный социопат. Не знаешь разницы, посмотри в википедии».

babushka-lekter

Так вот. В книге «Лишённые совести» доктор Роберт Д. Хаэр, много лет проработавший психологом в тюрьмах США и Канады, как раз рассказывает об отличии психопатов и социопатов, о том, какие психопаты бывают, чем они опасны и как от них уберечься. Проблема в том, что человеку с обычным нормальным воспитанием даже в голову не может придти, что есть существа во вполне человеческом обличье, которые мыслят, действуют и говорят совершенно не так, как принято в нормальной вселенной. Это незнание может оказаться смертельно опасным, поэтому «Лишённые совести» – действительно полезная книга.

Особенно это касается ситуаций с так называемыми «субкриминальными психопатами» – лицами, которые не совершают серийных убийств и не следуют по стопам доктора Ганнибала Лектера. Они могут быть финансистами, врачами, адвокатами, кем угодно. Их объединяет одно: врождённое отсутствие совести, эмпатии и довольно большого спектра чувств, который мы обычно предполагаем в человеке, как предустановленную опцию. И всё это при магическом обаянии и умении очаровать жертву. Говоря словами автора, психопаты «знают слова, но не знают мелодии». То есть, им известно слово «любовь», но они не способны её чувствовать. Поэтому оставляют за собой длинный шлейф опустошённых чужих кошельков, разбитых сердец и обманутых, морально раздавленных партнёров.

К сожалению, массовая культура зачастую романтизирует личность, страдающую психопатией. Дело в том, что в американской культуре самое страшное – быть простофилей. Это, кстати, то, что мы с радостью переняли у них после крушения Совка. Последние четверть века у нас тоже самое главное – не быть лохом и чёрт с ней, с христианской моралью. На этом фоне обаятельный и жестокий психопат высвечивается как герой. Тем более, что он может позволить себе всё то, что нормальному домохозяину с банкой пива и хвостом воблы в руке даже в голову не придёт обсуждать.

Можно долго пересказывать содержание, но лучше прочесть книгу самому. Особенно интересными мне показались описания речевых характеристик психопатов, «забалтывающих» жертву. Есть там вещи и весьма жёсткие: например, признание того факта, что учёным сегодня не удалось установить никакой зависимости между психопатией и социально-бытовыми условиями, в которых вырос психопат. В этом смысле, стенания родителей в духе «где я пропустил своего ребёнка?!» натыкаются на хладнокровное утверждение Хаэра, что психопатия – это врождённое и родители, чаще всего, не особо-то и виноваты. Не менее шокирующим является прямолинейное утверждение автора, что психопаты не поддаются лечению. Впрочем, опять-таки рекомендую обратиться к первоисточнику. В том числе, чтобы понять, что нужно делать, если ты всё-таки сталкиваешься с психопатом.

Надо отметить, что доктор Хаэр постарался и написал свой труд обыденным (и даже весьма симпатичным) языком, не перегружая читателя специальными терминами. Есть там и откровенные перлы, например: «Удовольствие от лести подобно долгому отдыху на солнечном пляже – приятно вначале и мучительно больно в конце». В общем, очень рекомендую к прочтению.