Сияние и сияние 

Вот не надо, будучи взрослым, смотреть фильмы, которые нравились в подростковый период. Меня вчера угораздило кубриковское «Сияние» посмотреть, за каким-то бесом. Правда, Морфей милосердно накрыл меня своими крылами к концу ленты и замёрзшего Джека Торренса я не видел, вместо него мне снились какие-то смешные медвежата. 

Не, фильм, наверное, хорош, если его с литературным оригиналом не сравнивать. А я впал именно в этот грех, чем испортил себе вечер. В книжке алкаш Джек Торренс бухал, как собака, пока не допился до того, что сломал сыну руку (если я всё правильно помню). Отсюда все его метания, отсюда всё его сумасшествие. Именно поэтому жена боится, что он причинит ребёнку боль. И трагедия семьи Торренсов в том, жена и сын ужасно любят Джека, а он съезжает с катушек. 


В кино же он прощается с шифером просто так. На ровном месте. То есть, можно к этому привязать индейское кладбище, но это уж совсем костыль. Сын — аутист, жена — истеричка, которая опять-таки на ровном месте к нему цепляется (потому что предыстория-то не рассказана), более того, у неё и вид-то такой, что… В общем, она, мне кажется, изначально повышенной виктимностью обладает. С Николсоном ничего не происходит (я имею в виду историю сумасшествия) — он изначально едет в «Оверлук» уже психованным, один этот рассказ о каннибализме 5-летнему ребёнку чего стоит. Поскольку внутренней истории там нет, то и играть особо нечего, поэтому весь фильм Николсон тупо кривляется. Очень Джима Керри напоминает в этой роли. 

Итог: красивый, но пустой видеоряд без внутренней истории с плоскими героями, где весь саспенс достигается скрипящим и воющим звуковым сопровождением. Истории нет. Книга — про людей и их непростые отношения, а фильм — про то, как нехорошее индейское кладбище отомстило отелю. 

Как раз перед этим я в сотый раз поглядел любимейшего «Талантливого мистера Рипли», где Энтони Мингелла делает в точности до наоборот: он берёт унылый и скучный текст Патриции Хайсмитт и делает из него тончайшую психологическую драму, вводя туда дополнительные любовные линии, нагнетая эротизм и давая актёрам максимум простора. На фоне этой поистине блистательной проработки литературного первоисточника, адаптация Кубрика выглядит… Вообще не выглядит. Пересматривать «Сияние» больше не буду, лучше перечитаю. 

Юсси Адлер-Ольсен: Мистериум

мистериум-начало

Юсси Адлер-Ольсен – автор крутейших детективов про Карла Мёрка. Как вы понимаете, сезон скандинавского нуара у меня продолжается. На этот раз, хочу рассказать о датской трилогии про мрачного следователя, пережившего гибель всех коллег и ставшего свидетелем того, как его ближайшего друга парализовала пуля.

Оперативно-следственная группа не дождалась силового подкрепления и попыталась захватить вооружённого маньяка. Безуспешно. Раненому Мёрку пришлось наблюдать, как преступник хладнокровно расстрелял весь юнит и скрылся. После выздоровления, Карлу поручают унизительную бумажную работу: в компании «понаехавшего» мусульманина Асада ему предстоит разбирать архивные «глухие» дела в подвале без окон. Этому издевательскому начинанию дают гордое название «Отдел Q».

Однако, въедливый педант Мёрк вместо тихой роли архивариуса выбирает другую. В казалось бы безнадёжном деле он находит призрачную зацепку и реанимирует расследование о пропаже с корабля молодой женщины. Единственный свидетель – её брат-аутист, который не разговаривает.

kvinden-i-buret-window

Так начинается роскошный нуар «Мистериум. Начало», снятый на стыке детектива и хоррора. Для скандинавского триллера он довольно шустрый, но сохраняет всё, что мы любим: мрачную атмосферу, нагнетаемый невроз и очень заковыристую интригу, которая разрешается столь блистательно, что остаётся лишь встать и зааплодировать, крича «Браво, Юсси!».

Продолжение дилогии – «Охотники на фазанов» (в другом, чуть более чудовищном переводе – «Убийцы фазанов») слегка попроще, такой снисходительный жест в сторону домохозяек, но тоже вполне себе детектив. Это тоже древнее, покрытое пылью дело практически без зацепок. Но Мёрк знает своё дело.

Fasandræberne-охотники-на-фазанов

Увы, при рассказе без спойлеров не обойтись, а портить впечатление от фильмов не хочется. Поэтому, лучше расскажу про самого Юсси. Вот, что о нем пишут:

«На родине его называют «человек-пароход» (не верю в формулировку, но пусть): у него диплом по медицине и кино; он играл на барабанах, был продавцом, редактором, аниматором, композитором и борцом за мир. Сейчас он ремонтирует старые дома и реставрирует города».

Fasandraeberne-Kimmie

К счастью, посреди всей этой бурной деятельности, Юсси находит время на создание новых захватывающих историй. Третья часть саги про Карла Мёрка называется «Тьма в бутылке». Она выпущена совсем недавно, в прошлом, 2016 году, и она офигенна. Она мрачна, как «Молчание ягнят» и красива, как культовая «Утопия».

Flaskepost fra P.

После сголливуженных «Охотников на фазанов», она смотрится особенно круто. Каждый кадр можно распечатывать и вставлять в рамку, ну, или использовать для депрессивных статусов ВКонтакте. Саспенс такой, что волосы дыбом. Давнее дело об исчезновении детей из замкнутых религиозных общин оборачивается погонями, кровью и тяжелейшим нравственным выбором, не проповедническим, не поучающим, а таким… Жизненным. Как настырный голос вечернего гопника: «Слышь, ты чьих будешь? Определись!».

Очень надеюсь, что трилогия перерастёт в тетралогию. Все фильмы серии очень хороши.

Мариша Пессл «Ночное кино»

Я начал читать этот роман по рекомендации моей приятельницы, которая сравнила его с «Правдой о деле Гарри Квеберта«. Я с налёту одолел сразу страниц, наверное, сто, не заметив как робкое зимнее солнышко спряталось за домами, сдавшись багровым сумеркам. Я читал «Ночное кино» запоем, забывая есть, работать, совершать деловые звонки. И я не успокоился, пока не дошёл до конца.

MG_2410-1-2017-01-15-17-20.jpg

Журналист, заклеймённый позором профессионального сообщества, юная актрисулька, работающая официанткой, и юный же алкаш и наркоман без определённых занятий, ищут причины смерти Александры Кордова, пианистки-вундеркинда, чей отец Станислас Кордова породил целый культ.

Он снимал фильмы ужасов, до того страшные, что половину из них запретили к показу и посмотреть их можно было на нелегальных сборищах кордовитов где-нибудь в катакомбах Парижа. Сам Кордова жил затворником в огромном поместье, куда невозможно было проникнуть. Смерть его дочери сопровождалась чередой таких странных явлений, что расследование превратилось в мистический трип…

«Гарри Квеберт» — сложный и тонкий механизм, со множеством деталей, шестерёнок, сочленений, колёсиков, телескоп сознание поворачивает, пока все ложные финалы не уйдут со сцены и правда не засияет во всей своей красе. «Ночное кино» совершенно другая книга. Тут нет множества мелких крючочков. Мариша Пессл смогла сгустить такую захватывающую дух атмосферу, что будто бы с горки катишься куда-то в чёрную воду, и жутенько, и весело, и останавливаться не хочется.

2_8627b2937e3a33039950b142f2d56067_1464265835-2017-01-15-17-20.png

1_c43cab2187a58fe9ef95f257fa815e34_1464265826-2017-01-15-17-20.png

scrn_big_1-2017-01-15-17-20.jpg

И вроде бы понимаешь, из чего это сделано, но результат замечательный. Сканы статей, скриншоты сайтов — все эти приметы цифрового мира конечно ужасно милы, но они не главные кусочки в этом паззле. Главное, это как мастерски Пессл закручивает интригу, чтобы в конце окатить читателя ушатом холодной воды:

        «Какой облом.
У меня всегда наступал легкий облом в финале расследования, когда озираешься и видишь, что не осталось больше затененных углов – нечего копать. Но на сей раз вышло иначе. Накатило опустошение…
И эта <…> правда уничтожила все, одним ударом срубила волшебные сумрачные джунгли, куда я забрел по следу Сандры, и теперь я стоял посреди плоской пустыни, залитой светом, но совершенно голой».

Это ровно то же самое, что чувствует в конце повествования обманутый читатель. К счастью, Пессл милосердно дарит нам то, чего мы хотим всю дорогу – мистическую Надежду на откровение. Но, честно говоря, перед этим предстоит пережить действительно крутой облом.

Прекрасное путешествие. Замечательный роман.

«Застава» Фрэнсис Пол Вилсон

Кто-то из моих виртуальных друзей сказал, что «Застава» (The Keep, 1981) – самая страшная из всех прочитанных им книг. Памятуя о том леденящем эффекте, который в своё время произвела на меня «Дорога» Кормака Маккарти, я какое-то время откладывал чтение «Заставы» в долгий ящик, но потом решился. И… ничего не понял. В том смысле, что Вилсон пугает, а мне не страшно. Вот не страшно, хоть умри. Обидно даже.

оригинальная-обложка-книги-Застава-Фрэнк-Пол-Уилсон

Сначала расскажу о хорошем. На мой вкус, с точки зрения композиции, «Застава» очень хорошо сбалансирована. Недаром это бестселлер, куча премий и так далее. Книга построена по традиционному для Голливуда сценарному канону, в этом смысле, сильно напоминает «Код Да Винчи» Дэна Брауна, который хоть и говно, но тоже очень мастеровито выстроен, как ни крути. С саспенсом там тоже всё обстоит неплохо, благо сама избранная Вилсоном структура книги стимулирует ожидания читателя: сюжет расплетается и показывается глазами нескольких персонажей, чтобы соединиться в конце в нечто понятное. В романе есть даже некое подобие психологии и внутреннего конфликта – старый прусский вояка капитан Ворманн ненавидит эсэсовца Кэмпфера за садизм, а Кэмпфер отвечает ему взаимностью, поскольку Ворманну известен его старый гаденький секрет.

Сюжет рассказывать не буду (он, кстати, не такой уж залихватский, всё угадывается примерно после трети прочитанного). Дам только затравку. Весна 41-го, СССР ещё не вступил во Вторую Мировую войну. В глухом закутке Румынии стоит замок, имеющий стратегическое значение для вермахта, поскольку является опорной точкой для охраны нефтепроводов и нефтеперерабатывающих предприятий. Туда присылают отряд солдат под командованием капитана Ворманна. Солдаты начинают умирать странной смертью. Ворманн просит подмоги и в замок приезжают два взвода эсэсовцев под командованием Кэмпфера, который подозревает во всём местных партизан. Но люди продолжают умирать.

Немцы пытаются узнать что-либо о таинственном владельце замка, который долгие годы анонимно платит местным крестьянам за содержание и ремонт. Расследование приводит их к прикованному к креслу еврейскому профессору по имени Теодор Куза, вдовцу, полностью зависящему от своей дочери Магды. Обоих привозят в замок в целью узнать хоть что-то о том, что таится в его стенах и подвалах. Ну и начинается…

Теперь о плохом. Сюжет не то, что бы уж совсем банален, но… Ну ладно, достаточно банален, да. Когда американцы описывают чужую культуру, сразу изо всех щелей лезут штампы. Упомянули в тексте Румынию? Будь готов к тому, что обязательно помянут Дракулу. И хотя это ложное ответвление сюжета, всё равно нос морщится. Потом, несмотря на отчаянные попытки автора слепить некую психологическую подоплёку, герои всё равно вышли плосковатыми. Ну и язык…

Если соберётесь читать, постарайтесь освоить книжку в оригинале. Поскольку переведена на русский, а главное, отредактирована она так, что дурно становится. Офицерская фуражка Кэмпфера, там, например, имеет «лихо заломленное поле». Какое поле у фуражки? Тулья же! И вот из таких мелочей (которых там полно) складывается общее ощущение неряшливости и говноватости.

Резюме следующее. Если вам пятнадцать лет в книжке важен увлекательный сюжет и нравятся голливудские фильмы, смело читайте «Заставу», получите удовольствие. Если вам важна глубина Достоевского и набоковские языковые кружева, даже не пытайтесь.


zastava_oblozhka_romanaPS: обложка отечественного издания в сравнении с оригинальной вполне отражает качество редактуры/перевода. “Крив был Гнедич-поэт, преложитель слепого Гомера/ Боком одним с образцом схож и его перевод”, как писал Солнце русской поэзии.

Coffin Hill | Коффин Хилл

Коффин Хилл; автор Кейтлин Китеридж, художник Инаки Миранда, 20 выпусков (2013-15 гг.), издательство Vertigo. Графический готический роман о ведьмах… Я написал эту фразу и остановился. Потому что я никогда не думал, что можно сделать настолько жуткий комикс. Атмосферный, страшный и притягивающий.

усадьба-коффин-хилл-прибежище-ведьм

Ив Коффин – девушка из старинного рода Коффин. Так называемые «старые деньги«, Новая Англия, в общем, американская аристократия. Однако, старые деньги таят в себе не менее старые секреты. Основательница рода – Эмма Коффин – была ведьмой, бежавшей из Салема в результате печально известной охоты на ведьм. Более того, все женщины этого рода, включая и саму юную Ив, несут на себе это бремя.

Избалованная Ив делает всё назло своим родителям: красит волосы в розовый, носит вызывающие наряды и тусует вместе с девиантной молодёжью умирающего одноэтажного городка Коффин Хилл. Вместе со своими юными друзьями Ив разыскивает фамильный гримуар и пытается вызвать силы тьмы, обитающие в многовековом лесу близ города. Через какое-то время она обнаруживает себя голой и облитой кровью. Она  ничего не помнит, но её лучшая подруга исчезла, а вторая помешалась.

начало-комикса-коффин-хилл-жутко-и-кроваво

Её конфликт с родителями усиливается, она покидает Коффин Хилл, поступает в полицейскую академию и назло предкам становится рядовым патрульным в Бостоне. В первое же дежурство Ив, старшие коллеги втягивают её в расследование преступлений серийного маньяка, известного, как Ледяной Рыбак – он убивает молодых девушек и топит их во время бурана так, чтобы их тела находили вмёрзшими в лёд.

Обладая паранормальными способностями, Ив начинает подозревать, что Ледяной Рыбак – такой же ведьмак, как и она сама. Пройдя через ряд испытаний, она находит преступника, но катарсис от этого не наступает. Она получает пулю в голову, сама подпадает под обвинение в убийстве, кроме того, ей не даёт покоя страшный грех юности, когда она вовлекла друзей в игры с силами тьмы и потеряла лучшую подругу.

Ив возвращается в Коффин Хилл и обнаруживает, что здесь происходят ужасные вещи: дети становятся серийными убийцами, бесследно исчезают люди, а те, кого она помнит с детства, становятся более, чем странными…

коффин-хилл-действительно-роман-ужасов

Структура романа очень запутана: это постоянные флешбэки, несколько переплетающихся сюжетных линий, много различных персонажей. Пересказывать весь этот клубок нет никакого смысла, многослойность  лишь делает чтение увлекательнее.  По сути, роман делится на две большие части: поиск Ледяного Рыбака и расследование колдунства в Коффин Хилле. Первую часть я прочёл год назад, а на днях прочёл роман полностью, с трудом продираясь сквозь американский слэнг, периодически вознося хвалы создателями Urban Dictionary, помогающему одинокому путнику выбраться из этих языковых дебрей. Говорят, есть русский перевод, но там не все выпуски.

Отдельно отмечу качество прорисовки: на руках Ив можно различить рисунок татуировок, даже полицейский бэдж на её кителе читается вполне отчётливо. Развороты можно разглядывать очень долго – готические интерьеры родовой усадьбы Коффинов, мрачный лес, галлюцинаторные видения геров – всё нарисовано просто офигенно.

Думаю, что через некоторое время перечитаю «Коффин Хилл» ещё раз, чтобы снова свести воедино все сюжетные ниточки. Сделаю это сразу, как только пройдёт лёгкий страх темноты.

Зомби-апокалипсис Миры Грант

Мира Грант написала, пожалуй, лучший роман о зомби, но не только. Её книга «Корм» вообще вобрала в себя массу очень модных тем – выборы, политическая кухня, блоггеры, электронные медиа, власть медиа в информационном сообществе, ответственность за свои высказывания и ещё куча всего. Недаром, «Корм» был включен в список лучших романов 2010 года по версии Publishers Weekly.

Мира Грант "Корм"

Только представьте: мир только что пережил зомби-апокалипсис. Люди справились с эпидемией вируса Келлис-Амберли, но стада живых мертвецов бродят по Земле и всё ещё опасны, поэтому всюду сохраняется карантин, а ЦПКЗ (центр по контролю за заболеваниями) становится главной спецслужбой США с неограниченными полномочиями. Жизнь продолжается, поэтому выборы президента страны идут своим чередом. Двое молодых блоггеров – близнецы Шон и Джорджия Мейсон – владеют небольшим агентством новостей, которое рассказывает людям о том, как там, за охраняемым периметром, бродят зомби. Поскольку делают они своё дело увлекательно и честно, предвыборная команда нанимает их для освещения избирательной компании со стороны «независимых медиа».

Дело это непростое. Кандидат в президенты ездит по стране, от одного оазиса жизни к другому, по территориям, где бродят стада заражённых. Разумеется, тут же начинаются всякие неприятные сюрпризы. По обыкновению, не хочу портить впечатление от романа, скажу лишь, что он очень крепко сделан, увлекательно написан, и ключевая из финальных сцен прописана с таким чувством, что автору действительно удаётся выжимать из читателя слезу и полностью затащить его в гущу текста, вот прямо-таки за уши. Прочёл «Корм» с большим удовольствием, на одном дыхании, несмотря на то, что порой «девочковость» всё-таки проглядывает в тексте.

Надо сказать, что параллельно я как раз работал над формированием довольно большого новостного агентства по заказу одного из клиентов, и прочтение романа совпало по времени с этой работой. Так что в моей жизни две реальности слегка совместились: днём я занимался медиа на практике, а вечером читал об их будущем. Остался впечатлён, насколько глубоко Мира Грант (кстати, это псевдоним, настоящее имя девушки – Шэннон Макгуайр) проработала само основание романа. Она специально прошла курсы вирусологии, чтобы более реалистично показать механизмы заражения человечества, способы распространения и локализации инфекции и так далее. Но и внутренние механизмы медиа-машины показаны ею с такою же тщательностью. Эта та идеальная, стерильно-чистая журналистика, которой никогда не бывает в действительности, но которую все, кто занят этой профессией, берегут где-то в тайных душевных закромах, как некий эталон. Думаю, студентам-журналистам и пиарщикам «Корм» будет интересен и с профессиональной точки зрения.

Русский перевод оригинального названия, увы, теряет довольно важные коннотации. На английском роман называется «Feed», что, разумеется, является отсылкой к RSS-чтению и борьбе за количество RSS-подписчиков, которое ещё недавно было ключевым показателем для true-блоггеров. В романе действительно разворачивается ожесточённая борьба между гонкой за рейтингами и жестокими укусами совести. Надеюсь, я в достаточной мере заинтриговал читателей журнала iDiot Daily, чтобы соблазнить их потратить выходные на чтение «Корма»?

По традиции, несколько цитат.


Познайте силу истины. Если люди заметили даже тень ее на стене — никто уже не отвернется.

 

Ради правды я не побоюсь бросить вызов сенаторам и королям, но боже меня упаси спорить с женщиной в ее собственной кухне

 

[о блоггерах] Мы многоцелевой наркотик новой эры: мы сообщаем новости, создаем новости и предоставляем убежище от реального мира, когда новости становятся слишком гнетущими

 

Мать говорила: женщина никогда не бывает по-настоящему голой, ведь у нее всегда имеется при себе плохое настроение и сердитый взгляд. Золотые слова.

 

Новости — это серьезно. Думаете иначе — занимайтесь чем-нибудь другим.

 

Я всегда знала, что буду журналистом. В детстве они казались мне почти супергероями. Они говорили правду, помогали людям. Через много лет мне предстояло узнать, чем ещё занимаются журналисты: ложью, шпионажем, разными подлостями, взятками. Но к тому моменту было уже слишком поздно. Новости проникли мне в кровь. Подобно наркоману, я нуждалась в следующей дозе и никак не могла завязать. С самого детства мне не нужно было ничего, кроме новостей и правды, я хотела сделать мир лучше.


К сожалению, продолжение романа, вышедшее под названием «Крайний срок» (тут тоже при переводе потерялся важный профессиональный подтекст, возможно, лучше было бы оставить оригинальное название «Дедлайн») не то, чтобы хуже «Корма», а хуже его в разы. «Дедлайн» написан по сценарной канве, которая лезет изо всех щелей. Кроме того, Мире Грант никак не удаётся писать от лица мужчины, а то, что в «Корме» казалось длиннотами, оттеняющими основную триллерную составляющую романа, в «Дедлайне» превратилось в пытку. Разумеется, я прочёл и эту книгу, но испытал сильный приступ разочарования. Цикл о зомби завершает роман «Запрет на публикацию» (Blackout), но я пока не решаюсь приступить к его чтению – мой Kindle заполнен более достойными претендентами на прочтение. Но «Корм» всё же очень хорош.

В завершение пара цитат из «Дедлайна»:


Я плохо переношу социальный вакуум. Возможно, поэтому я предпочел сумасшествие.

 

Как только людей в группе становится больше, чем в обычной компании из четырех-пяти человек, с которыми можно пойти выпить, они начинают игнорировать этику. В дело вступает политика.


Приятного чтения!

"Дорога", роман Кормака Маккарти

Роман «Дорога» Кормака Маккарти — пожалуй, одна из самых страшных книг, которые я прочитал в своей жизни. Иногда у меня по спине лился холодный пот, до того меня пробирал скупой рассказ о путешествии отца и сына по постапокалиптическому миру. Ощущение было одно: и читать страшно, и остановиться невозможно. Такое редко бывает, когда прочитываешь книгу рывком, за один присест, но периодически откладываешь её в сторону, чтобы заварить чаю и восстановить дыхание. Говорят, фильм невыносимо зануден. Но я и не хочу его смотреть, честно говоря. Потому что фильм — это, как правило, про что-то внешнее. Про какое-то внешнее действие. А вот роман Маккарти мучает читателя невыносимым внутренним напряжением.

Фильм-Дорога-620x330

Я впервые ознакомился с отрывком этого романа, когда плавясь от жары, валялся летом в деревне и почитывал свежий Playboy. Меня всегда радовало умение редакции этого неважнецкого, в общем-то, издания подбирать материал для чтения. К слову сказать, и отрывок из любимого ныне Алексея Иванова я тоже прочёл именно там. Но вернусь к «Дороге».


В книге мало действия, как такового. Событийный план небогат. Но старый рассказчик настолько умело играет на каких-то глубинных биологических страхах и так бескомпромиссно выстраивает конфликт, что с каждой страницей повестование захватиывает всё больше и больше. Как про того лося: «Я пью и пью, а мне всё хуже и хуже». Точнее, страшнее и страшнее. Во время чтения я и не надеялся на какой-либо хэппи-энд. Я вообще ни на что не надеялся. Я лишь уповал на то, что автор избавит меня от натуралистичных описаний пыток или актов каннибализма. Зря. Его намёки действуют посильнее, чем скрупулёзное калоедство Сорокина.

Книга пробудила во мне воспоминания о моём собственном опыте отцовства, в дикие 90-е годы. И хотя смешно говорить о каком-то сравнении, но… Я скорее имею в виду страх за потомство, прошитый в нас биологическим путём, предустановленный в каждое существо. И Маккарти сумел найти способ вызывать резонанс в каких-то душевных струнках, которые давно успокоились. Окаывается, не больно-то они и успокоились. Просто сын повзрослел.

В игре с читательским страхом Маккарти куда искуснее Стивена Кинга, чьё «Сияние» долго считалось образцом хоррора. Мне понравилась и его манера изложения. По-хемингуэевски скупая. Он не объясняет, что послужило причиной гибели мира. Он просто окунает нас в данность: мир таков. Все умерли. Люди стали пищей друг для друга. И терпи теперь.Впрочем, «терпи» — неправильное слово. Правильное слово — «живи». И это самое главное достижение книги. Когда она заканчивается, возникает ощущение, что ты непонятным образом прошёл тяжёлый урок стойкости и жизнелюбия. И теперь можешь дышать чуть-чуть полегче. Отличный роман.

“Полуночный экспресс” и другие киноновинки

  • маленькие хитрости братьев Панг
  • сквозной комментарий с YouTube: я ненавижу римейки!
  • «азиатский лубок» как отдельный жанр кинематографа
  • Тёмный рыцарь — брат Джейсона Борна
  • легенда о Хите Леджере
  • лучший киношный комикс?
  • next door girl: верните сиськи!
  • «Полуночный мясной экспресс» vs. «Полуночный экспресс»
  • нежданная радость
  • Винни Джонс — суперзлодей
  • за что я не люблю Клайва Баркера. Нет, не за педерастию.