Леонард Коэн. Прекрасные неудачники

Книжку эту я долго искал, кое-как купил, таскал с собой в сумке, читал и перечитывал раз десять и уверен, что перечитаю ещё не раз. В тот период времени я очень много пил и больной, сочащийся кровью и прочей органикой, текст Коэна вошёл мне в сердце так, будто одна шестеренка сцепляется с другой. Я сходил с ума (нефигурально), читал Коэна и словно пил горькое, но действенное лекарство.

Мне тогда было тридцать. Коэну тоже было тридцать, когда он писал «Прекрасных неудачников», сбежав от мира на греческий остров, где упарывался наркотой и писал так, как может писать только человек с содранной кожей, обезумевший и полностью утративший страх. Когда я читал «Неудачников», я словно бы обретал друга. У меня не было греческого острова, мне некуда было бежать и я сбегал в этот роман.

Это не совсем бессюжетная проза, сюжет там есть, но он задрапирован в десятки словесных слоёв. Жизнь главного героя, его жены Эдит и его друга Ф. сплетены с жизнью ирокезской святой Катрин Текаквиты, редкое жизнеописание которой как-то досталось Коэну. Собственно… всё это — не главное. Главное — это то абсолютно переворачивающее, встряхивающее, ошеломляющее впечатление, которое производят «Прекрасные неудачники».

«В “Прекрасных неудачниках”, — объяснял Коэн годы спустя в интервью журналу «Details for Men», — есть определенные моменты, когда лиризм, спонтанность и отвага позволяют выражение без чувства собственного достоинства, без смущения, и когда это случается, когда наступает такой момент, приятие абсолютно: принимается все, ничто не упущено! Если что-то упускаешь, все становится, с одной стороны, лицемерием, с другой — вульгарностью или порнографией. Если Бог упущен из секса, секс cтано­вится порнографией; если секс упущен из Бога, Бог становится ханжеством и фарисейством».

Известно, что Коэн очень часто давал благотворительные концерты в психиатрических лечебницах США и Канады. На вопрос, почему он это делает, Коэн отвечал: «Эти люди — в том же пейзаже, откуда приходят эти песни. Я чувствую, что они понимают».

«Прекрасные неудачники» — лиричная и мучительная история безумия, написанная безумцем. Отважный читатель получит невероятное наслаждение.

Патрик Мелроуз

У меня телик по подписке показывает сериал про то, как элегантный, словно рояль, герой Бенедикта Камбербатча упарывается героином, кокаином, метаквалоном и вообще всем, что можно купить для саморазрушения. Сериал — помесь «Дживза и Вустера» с «Трейнспоттингом», всё, как я люблю: сложные травмированные персонажи, прекрасные диалоги и всё это упаковано в аристократические декорации.

патрик мелроуз

Хотя центральной фигурой остаётся сам Патрик в исполнении Бени К., там не сквозной сюжет, а набор новелл, нанизанных на трагедию самого героя, как на шампур. Это интересно. На и актёрская работа. Понятно, что человек с именем Бенедикт Камбербэтч не может плохо сыграть английского аристократа. Но он там не один такой. Например, его омерзительного отца играет Агент Смит. Ну и ещё куча полузнакомых лиц.

В общем, три серии на одном дыхании.

Ханья Янагихара «Маленькая жизнь»

Коротко: этот текст недостаточно сексуален для меня. Он пустой, необязательный, бросить читать его было так же легко, как выбросить вчерашний трамвайный билет. Плоские персонажи шевелят своими плоскими телами как театре теней: если совсем скучно, можно представить их живыми, сделать усилие, напрячься и скоротать вечер. Но зачем? Этому тексту подходят слова Иоанна Златоуста: «Но как ты тепел, а не горяч и не холоден, Я изблюю тебя из уст Моих!».


Скрежеща зубами, я прочёл двести страниц из почти девятисот (в электронной версии, в бумажной их семьсот, мне лень пересчитывать в процентном соотношении). Это магия рекомендательных рецензий и умных каналов в Telegram. Это гордыня, не позволяющая сдаться так быстро. Что бы со мной случилось, если бы я не прочёл этих двухсот страниц? Я заработал бы немного денег, написал бы что-нибудь, сделал бы что-нибудь полезное. Встретился бы с каким-то приятным человеком. Но я упорно читал эти двести страниц сплошной девчачьей целлюлозы. 

Янагихара — это не Донна Тартт, которая выстроила внутренний мир раненного подростка в «Щегле» так, что ты растягиваешь роман на подольше, тянешь из последних сил, только бы он не заканчивался. Янагихара не Мариша Пессл, которая создала циничного и ироничного журналиста Макгрэта, из бойницы своего восприятия глядящего на своих друзей, так, что ты вииииу! катишься по повествованию, забывая о своей остановке. 

Это Ханья Янагихара. Целлюлоза с ватой. Без вкуса, без цвета, без аромата. Это девятисотстраничный текст о четырёх юношах, не обладающий даже каплей тестостерона. В мужской раздевалке по версии Янагихары пахнет не потом, не спермой и не пердёжным газом, а смутными сомнениями, грёзами, предчувствиями и что там ещё у девочек в голове. Я двести страниц искал сюжета. Видимо, надо было взять лупу. Или надо было на основе этого текста самому себе придумать некий сюжет. 


«Страшная история Джуда» — это маркетинговый ход, который на все лады описывают восхищённые рецензенты… Но детской травмы недостаточно для истории. Сама по себе травма — ещё не история. Педофилия, сексуальное рабство, гендерная неопределённость, гомо- и бисексуальность, креативный класс — всего этого говна в романе полно, а истории нет. Отсюда, думаю, и весь хайп. Американские критики расхвалили роман за «поднятые общественно-значимые темы», а наши маркетологи подхватили. 

На протяжении кое-как прочитанных двухсот страниц меня не покидало ощущение, что Янагихара меня обманывает. Что это фейк. Имитация. Безжизненная и бесплодная. Три страницы о сексуальной неопределённости героя. Четыре страницы о попытке другого героя определить собственную расовую идентичность. Ужасно интересно. Примерно, как жевать гудрон. 

Саёнара, Янагихара-сан. До свидания. Меня ждут другие, куда более живые книги. 

The Wrestler — фильм Даррена Аронофски

Посмотрел я новый фильм Даррена Аронофски под названием «Рестлер». Не скажу, что я — самый большой фанат его картины «Реквием по мечте», имеющей культовый статус, предпоследнюю его ленту — какую-то мутную фантасмагорию, пафосную до неприличия, я даже не смог досмотреть до конца, но «Рестлер» меня зацепил. И зацепил крепко.

В начале фильма титры плывут на фоне победных афиш, на которых яростный Микки Рурк победительно корчит рожи, выглядя при этом настоящей звездой куда там Рою Джоунсу-мл. Потом картинка гаснет и фильм начинается с кашля. Звезда рестлинга 80-х стариковски кашляет, сидя на табурете. Первой время камера не показывает его лица, просто документально следуя за ним. Мы видим, как он, в драном пуховике, заклеенном скотчем, пытается отпереть свой трейлер, потом засыпает в своем микроавтобусе. Типичный white trash (кому лень читать, могут скачать соответствующий подкаст. Ссылка на подкасты в верхнем меню).

эта роль — звёздное возвращение Рурка-актёра 

В «Реквиеме» Аронофски щедро использовал клиповый монтаж, компьютерные эффекты и прочие фишечки, достойные MTV. В «Рестлере» он использует прямо обратные приемы, применяя «стариковский» темп, длинные проходы камеры практически без склейки, имитирует документальную сьемку.

Честно говоря, когда речь идет об этом фильме, то невозможно испортить его спойлером. Тут нечего спойлить, «Рестлер» достаточно предсказуем. Это такой анти-Рокки. Сразу становится ясно: тут сказок не рассказывают, тут не будет соплей, а если кто и всплакнет, то одной-единственной слезинкой, чтобы не пересолить общую картину. И победа здесь если и случится, то только как прелюдия к очередному нарко-трипу, заглушающему боль в напрочь истерзанном, израсходованном теле.

Это очень тяжелый, почти физически тяжелый фильм. Особенно когда Рурк режет себя в ринге бритвой, или когда врач выколупывает из него кусочки стекла. Стареющая звезда, по сути дела, развалина, красящая волосы а-ля Deff Leppard или другие софт-метальные группы 80-х, бреющая подмышки, ложащаяся в солярий и при этом глушащая боль тонной китайской химии. Тяжелую атмосферу подчеркивает унылая бесснежная зима, вечные сумерки, сопровождающие фильм, ободранные раздевалки, дешевый клубы и вообще вся атосфера фильма очень гармонична. Старение человека подчёркнуто пиком увядания природы и старением интерьеров вокруг.

Рестлер влюблён в сорокалетнюю стриптизёрщу Кэссиди, которая тоже знает, что сказки в жизни уже не будет. Она вышла в тираж, никто не хочет её приватных танцев, её единственный постоянный клиент — этот истерзанный рестлер. И если его любовь к ней полностью игнорирует реальность, в которой он уже давно не звезда, а просто изломанный кусок мяса со слуховым аппаратом, в очках, то Кэссиди очень прагматична. Она содержит 9-летнего ребёнка. И смертельно боится связаться с рестлером.

И, естественно, сказки не получается. Аронофски оставляет финал открытым, но вся логика фильма подталкивает зрителя к пониманию того, что «все умрут».

Минималистичный, с закосом под документальность, «Рестлер» держится на плаву за счёт игры актёров. Во-первых, сам Рурк, со своим изломанным лицом, со следами восстановительных пластических операций, как никто иной годится на эту роль. Сыгравший у Лилианы Кавани роль Франциска Ассизского, сыгравший в отличном фильме Копполы «Бойцовая рыбка», ставший секс-иконой после «9 1/5 недель» и «Дикой орхидеи» он последовательно просрал всё накопленное, пытался стать звездой бокса, получил несколько переломов, повреждение лицевых костей и, казалось, окончательно перешел в класс маргиналов. Оттого-то он так органичен в этом фильме. Причем, местами он крайне убедительно напоминает нам, что по прежнему является большим драматическим актёром. В разговоре героя с дочерью он включает своё обаяние буквально на минуту, но этого хватает, чтобы выжать слезу даже из самого каменного зрителя.


45- Мариса ягодка опять. И до чего ж свежая!

Под стать Рурку исполнительница главной роли Мариса Томей. В этом году ей ебанёт сорок пять, но когда она исполняет эротические танцы (а она в фильме вообще редко ходит одетой) хочется кричать в экран: «Мариса, детка, не останавливайся, ходи ещё!». Кто-то из блоггеров или твиттерян, не суть, сказал, что удивлён не столько тем, что г-жа Томей сохранила в своём возрасте вполне кондиционные сиськи, сколько тем, что она умеет играть. Тхе! За фильм «В постели» она получила «Оскара» за лучшую роль второго плана. И в «Рестлере» она тоже играет отлично.

Мой вердикт таков: фильм недетский, поэтому смотреть его надо. Хотя бы потому, чтобы ещё раз вспомнить о том, что жизнь вообще-то конечна. О том, что человек сам кузнец своего счастья. И том, что если уж случилась между людьми какая-то искорка, надо бы её беречь по хорошему, а не просирать бездарно. Потому что такие искорки — большая редкость.