Дэйв Эггерс «Сфера» (The Circle, 2013)

сфера

Возможно, после прочтения, эту книга вызовет у вас приступ цифровой паранойи и вам захочется удалить все аккаунты в соцсетях, переключиться на обычный кнопочный телефон, а, может, и вообще перестать пользоваться современной техникой и уйти в луддиты. Во всяком случае, я некоторое время повертел в руках старенький «блэкберри» с вырубленным интернетом, всерьёз подумывая о том, чтобы на время убрать айфон в дальний ящик.

«Бестеллерометр» – компьютер, обработавший более пяти тысяч текстов последних 20 лет, и на этом основании умеющий определять рыночный потенциал той или иной книги – дал роману Эггерса твёрдые 100% потенциального успеха в топе New York Times. Здесь густо переплелись душевные метания обычной девушки, высокие технологии и мрачные футуристические прогнозы.

Описывая цифровую революцию, которая превращает личную жизнь людей в общедоступную публичную страничку, Эггерс весьма убедителен. Главная героиня романа – Мэй Холланд недавно окончила колледж и застряла в крохотном городке, работая в местном управлении ЖКХ. Она думала, что это филиал ада на Земле до тех пор, пока подружка по колледжу Энни не пригласила её в корпорацию «Сфера», где сама она добилась больших успехов. Это была работа мечты. «Сфера» объединяла в себе мощности Гугла, Амазона и Фейсбука, подмяв под себя практически весь интернет. Её тщательно описанные Эггерсом кампусы и офисные площадки – описание влажных грёз любого айтишника в поиске работы.

– Мэй, ты какая-то невероятная. Такая сосредоточенная, такая собранная, а посреди всего этого дикие провалы. Ты пошла обедать без телефона?
– Извини.
– Да нет. Мне это в тебе и нравится. Ты помесь человека с радугой.

circle-image-v3pzit

Осваивая новое пространство, обучаясь и встречаясь с другими «сфероидами» Мэй постепенно проникается духом «Сферы», совершенно не замечая, как одну за одной теряет обычные человеческие ценности. Описывая её работу и мир цифровых технологий, Эггерс, кстати, очень точен. Всякий, кто проводит в соцсетях достаточное время, эту точность заметит и оценит.

Нарушение логики восприятия у Мэй происходит постепенно, но доходит до той степени, когда между ней и «аналоговым миром» вырастает непроницаемая стена. Кстати, образ её бывшего бойфренда Мерсера прописан автором отлично. Он, как раз, носитель тех самых аналоговых ценностей, которые пытается вернуть своей оцифрованной экс-девушке, и их диалоги отлично получились:

Всякий раз, когда мы разговариваем или переписываемся, ты со мной общаешься как будто через фильтр. Шлешь мне ссылки, цитируешь, кто что обо мне сказал, сообщаешь, что у кого-то на стене видела мою фотку… Отовсюду лезут какие-то третьи люди. Даже лично ты мне рассказываешь, что обо мне думает какой-то неизвесный кто. Мы как будто не бываем одни. Как ни встретимся, рядом еще сто человек. Ты все время смотришь на меня глазами сотни других людей.

На мой взгляд, роман достаточно пустоват. Герои могли бы быть и поглубже, отношения между ними – менее плоскими, но это если придираться. Если же взглянуть на «Сферу» как на чтиво, это крепкая беллетристика, с хорошо сбалансированной историей, узнаваемыми персонажами и эксплуатацией самых актуальных социальных страхов. Это ещё не «Имя розы», но уже и не «Алхимик», хвала небесам. «Сфера» очень кинематографична, легко читается и реально пробуждает желание слегка пересмотреть своё отношение к миру цифровых технологий. Параноечка, она такая, разбудить её легко.

PS: говорят, в прошлом году вышел фильм с Эммой Уотсон и Томом Хэнксом, но отзывы так себе. В любом случае, роман сам по себе вполне себе визуализируется в голове без посторонней помощи.

Трансметрополитан

Перечитал «Трансметрополитан» (1997-2002 гг.). К сожалению, как я ни растягивал чтение, но 60 выпусков, увы, всё же подошли к концу. Потребление (потому что «чтение» тут как-то не вполне уместно, да и вообще не знаешь, как это назвать) комиксов занятие странное, сочетает удовольствие от текста и удовольствие от иллюстраций, словно читаешь и смотришь фильм одновременно. В «ТМ» это ощущение усугубляется качеством прорисовки. Первый раз я его читал три года назад и сейчас он мне понравился ещё больше.

transmet

Мерзотный мир будущего, где каждый час рождается новый религиозный культ, а каждый день происходит новый технологический скачок, нарисован так, что иногда просто ловишь себя на мысли, что разглядываешь картинку уже несколько минут, увеличивая разные её части на айпаде. Чтобы получше увидеть детали. Иногда думаешь: вот Дэрик Робертсон (художник) – что у него в голове? Какой титанической усидчивостью надо обладать, чтобы изобразить всю эту толпу морфированных кликуш, трансиантных шлюх, кибернетизированных оборванцев, напичканных наноассемблерами переносчиков загадочных болезней и т.п.?

Однако, суть «ТМ» в том, что если отряхнуть все вот эти трансгуманистические штуки и все фантастические финтифлюшки, то сам по себе сюжет очень даже ого-го. Безжалостность политических кампаний, двуличие кандидатов, беспринципность в использовании людей, двойное дно повсюду – всё то, за что мы любим политические триллеры, в «Трансмете» показано очень хорошо. Я бы его принудительно заставлял читать всяких там студентов-политологов и будущих журналюг. И, да, мне очень нужен «кишковорот». Я вспоминаю об этом всякий раз, когда звучат слова «политолог» и «журналист».

«Трансметрополитан» – это не «Сага», не лёгонькое голливудоподобное чтение для подростков. Когда читаешь «ТМ» под какую-нибудь танцевальную музыку средней степени истеричности (у меня это произошло случайно), чувствуешь, как с монитора прямо в тебя летят пульсирующие комки ненависти, силовые токи «ТМ» пытаются разбудить запертую в подвале тягу к саморазрушению и заставить сделать нечто Этакое. К счастью, мы все тут уже взрослые и когда айпад гаснет, можно облегченно вздохнуть от того, что никакие убийцы в отражающих костюмах не явятся по твою душу.

Но «кишковорот» нужен. А то развелось тут…

PS: а вот и прототип главного героя, Спайдера Джерусалема

«V как вендетта» Алана Мура и Дэвида Ллойда

Наконец-то прочёл графический роман «V как вендетта», написанный Аланом Муром и отрисованный Дэвидом Ллойдом. Прочёл и понял, что зря я несколько лет назад пожалел пятьдесят долларов на бумажное издание этой книги, которое сейчас уже стало библиографической редкостью и стоит куда больше. Роман не просто хорош, он увлекает и пробирает до глубины души.

Фото 01.07.16, 5 11 38

Разумеется, с одноимённым фильмом он имеет довольно мало общего. Более того, именно неприязнь к фильму заставила меня отложить этот роман в долгий ящик. Несмотря на мою симпатию к Натали Портман и прочий звёздный актёрский состав, включая Стивена Фрая. Я помню, даже записал разъярённый подкаст по этому поводу, мол, «не верю!» и всё такое. А сейчас всё понял: и почему маска Гая Фокса обрела такую популярность, и почему этот роман стал явлением в поп-культуре и почему фильм такое говно.

камеры

Первые несколько страниц меня раздражала грубоватая отрисовка, словно бы плохо пропечатанная, затёрханная, с избытком чёрных теней и невнятными лицами. Это после гламурной-то «Саги» и детализированного сверх всякого представления «Коффин Хилла»-то. Потом я втянулся и понял, что это часть атмосферы – давящей и жуткой. И даже начал находить удовольствие в схожести некоторых героев с рекламными образами прошлого (мистер Олман, например, так вообще вылитый ковбой мальборо). Книга страшная. Уверен, что прочту её ещё не раз.

А теперь про отличие книги от фильма. Я долго думал, почему же фильм так отталкивающе нелогичен? Почему там ничему не веришь? Вроде, тоталитарное общество, а у всех новая чистая одежда, чистые ровные зубы и вообще выглядят они все, как типичные герои семейного голливудского кино. И отношения там показаны под стать – вроде фашистское общество, а люди как-то уж больно открыты друг с другом, нет у них страха в глазах… Не буду растекаться мысью по древу, приведу пару конкретных примеров, чтобы читателю стала ясна вся пропасть между блестящим творением Мура/Ллойда и киношным поделием.

Фото 01.07.16, 5 09 00

Итак, в обоих произведениях (а это, кстати, разные произведения) главную героиню зовут Иви Хэммонд. Оба произведения начинаются с того, что Иви арестовывают пальцейские (они называются именно так, поскольку являются сотрудниками тайного сыска, называемого Пальцем Судьбы). В фильме ей семнадцать лет, она работает на телевидении и её арестовывают за то, что она нарушила указ о запрете на перемещение во время комендантского часа. Почему же она его нарушила? Потому что бежала в гости к своему начальнику, который (сюрпри-и-из!) потом окажется пидором (а пидором в фашистском обществе быть нельзя). А зачем она к нему бежала? Чтобы послушать запрещённую фашистами музыку.

Уже пока я это писал, чуть десять раз не наколотил возмущённое «шта?!». Более того, в фильме V не спасает Иви, а тупо начинает кромсать пальцейских и грубо к ней клеится с неясными намерениями, сопровождая свои действия длинными телегами из Вильяма нашего Шекспира. Потому-то она его и дичится весь фильм, потому и выкобенивается, как пойманный воробей.

начало 01

Первые кадры романа

Теперь как это происходит в книге. Иви Хэммонд пятнадцать. Она работает на конвейере, на спичечной фабрике. Денег на еду ей не хватает, поэтому девочка идёт ночью туда, где её старшие товарки торгуют собой. Она пытается склеить первого в своей жизни клиента, но он оказывается пальцейским и подзывает друзей. Когда Иви обещает им отдаться, если они отпустят её, пальцейские цинично говорят, что они возьмут её и так. А потом убьют. В этот момент, как раз, появляется V, который спасает девочке жизнь, после чего она влюбляется в него.

Согласитесь, спичечная фабрика и беспредел – это не телевидение и не  начальник-пидорок с коллекцией грампластинок. Даже длинные шекспировские тирады получают у Мура объяснение, V – натурально отъехавший от опасных препаратов и опытов на людях чувак. Прелесть романа ещё и в том, что там много побочных сюжетных линий, в которых действуют не вымученные персонажи, а очень даже живые люди. Там тебе и история сумасшествия диктатора, и ломающиеся карьеры, и разрушенные семьи. И всему этому нормально веришь. Внутренний Станиславский спит без задних ног.

начало 02

Иви собирается на панель. Через час она встретит V и изменится навсегда.

Ничего из этого в фильме не осталось. Почему? Ответ лежит на поверхности – режиссёром ленты выступил Джеймс Мактиг, работавший на побегушках в Вачовски во время съёмок всех трёх «Матриц». А сценаристами, изгадившими изначальную канву Мура (который вообще непонятно как дал согласие на указание своего имени в титрах) стали как раз полоумные братосёстры Вачовски, которых без присмотра вообще нельзя гулять выпускать. Конечно, спасибо им за «Наёмных убийц», дивную «Связь» и первую «Матрицу», но… Путаников, хуже Вачовски, просто не придумать. Каша в головах, каша в сценариях. Хорошо, что в «Облачном атласе» за ними присматривал Том Тыквер.

 

В общем, можно долго ещё разглагольствовать, но, видимо, стоит подвести черту: оригинальный графический роман Мура/Ллойда обязательно надо читать. Даже не помню, когда я получал такое многогранное удовольствие и так по-детски был захвачен сюжетом.

"Дорога", роман Кормака Маккарти

Роман «Дорога» Кормака Маккарти — пожалуй, одна из самых страшных книг, которые я прочитал в своей жизни. Иногда у меня по спине лился холодный пот, до того меня пробирал скупой рассказ о путешествии отца и сына по постапокалиптическому миру. Ощущение было одно: и читать страшно, и остановиться невозможно. Такое редко бывает, когда прочитываешь книгу рывком, за один присест, но периодически откладываешь её в сторону, чтобы заварить чаю и восстановить дыхание. Говорят, фильм невыносимо зануден. Но я и не хочу его смотреть, честно говоря. Потому что фильм — это, как правило, про что-то внешнее. Про какое-то внешнее действие. А вот роман Маккарти мучает читателя невыносимым внутренним напряжением.

Фильм-Дорога-620x330

Я впервые ознакомился с отрывком этого романа, когда плавясь от жары, валялся летом в деревне и почитывал свежий Playboy. Меня всегда радовало умение редакции этого неважнецкого, в общем-то, издания подбирать материал для чтения. К слову сказать, и отрывок из любимого ныне Алексея Иванова я тоже прочёл именно там. Но вернусь к «Дороге».


В книге мало действия, как такового. Событийный план небогат. Но старый рассказчик настолько умело играет на каких-то глубинных биологических страхах и так бескомпромиссно выстраивает конфликт, что с каждой страницей повестование захватиывает всё больше и больше. Как про того лося: «Я пью и пью, а мне всё хуже и хуже». Точнее, страшнее и страшнее. Во время чтения я и не надеялся на какой-либо хэппи-энд. Я вообще ни на что не надеялся. Я лишь уповал на то, что автор избавит меня от натуралистичных описаний пыток или актов каннибализма. Зря. Его намёки действуют посильнее, чем скрупулёзное калоедство Сорокина.

Книга пробудила во мне воспоминания о моём собственном опыте отцовства, в дикие 90-е годы. И хотя смешно говорить о каком-то сравнении, но… Я скорее имею в виду страх за потомство, прошитый в нас биологическим путём, предустановленный в каждое существо. И Маккарти сумел найти способ вызывать резонанс в каких-то душевных струнках, которые давно успокоились. Окаывается, не больно-то они и успокоились. Просто сын повзрослел.

В игре с читательским страхом Маккарти куда искуснее Стивена Кинга, чьё «Сияние» долго считалось образцом хоррора. Мне понравилась и его манера изложения. По-хемингуэевски скупая. Он не объясняет, что послужило причиной гибели мира. Он просто окунает нас в данность: мир таков. Все умерли. Люди стали пищей друг для друга. И терпи теперь.Впрочем, «терпи» — неправильное слово. Правильное слово — «живи». И это самое главное достижение книги. Когда она заканчивается, возникает ощущение, что ты непонятным образом прошёл тяжёлый урок стойкости и жизнелюбия. И теперь можешь дышать чуть-чуть полегче. Отличный роман.