Связь | Coherence, 2013

Если вы следили за последними постами, то знаете, что у меня такая специфическая параноечка завелась – «неподвязанные ниточки» в финале кино или книжки. Это всё потому, что я тут плюхаюсь с собственным романом, который как бы продолжение «Машины снов», только самостоятельный и называется не «Машина снов 2.0», а вовсе по-другому, я, наконец, придумал, как, но не скажу пока. 


Так вот, про «ниточки». Очаровательный пример «неподвязанности» имел удовольствие наблюдать вчера, глядя на офигенский фильм «Связь» («Coherence» 2013). Его очень сложно пересказать без спойлеров (кому нужен спойлер — добро пожаловать в википедию; там сюжет подробно пересказан, это не помогает — надо смотреть), но я попробую, ибо редко встретишь фильм, который был бы интересен и гику и домохозяйке. Гиковского там вот прямо полное ведро, потому что разговор идёт о квантовой декогерентности, множественности возможных вселенных и взаимоотношениях между их «зеркалами». А «домохозяйского» тоже хватает, ибо в какой-то момент времени герои говорят: так, стоп, а в какой реальности мне будет лучше? Где бы тут уютнее жопу в тепло пристроить?

Фильм снят за пять вечеров и полностью построен на сценарии и актёрской игре: там всего одна локация и восемь действующих лиц – четыре семейных пары. Они собираются на ужин, немного выпивают и, кстати, поскольку фильм снят «с плеча» словно бы на мобильный телефон, его очень хорошо смотреть, слегка выпивая в такт. Так вот, они собираются, болтают, вроде, ничего не происходит, а потом вдруг бабах… Начинают на ровном месте трескаться экраны сотовых телефонов, пропадает связь, интернет, электричество… И тут одна из героинь вспоминает, что именно в этот момент над ними должна пролетать большая комета, которая пролетает раз в стопицот тыщ лет. 

И тут опять прелестное: несмотря на то, что там реально есть, где головушку поломать надо всеми загадками, обнаруживается, что фильм полон внутренних конфликтов, прямо по Чехову, «когда люди просто обедают». То есть, хошь, на людей смотри, хошь, загадки разгадывай. 

Когда режиссёра со сценаристом уже вообще в разнос поволокло, они начинают подвязывать узелки невпопад и это вообще прекрасно, потому что всё подводится к очень понятному человеческому финалу и тут уже «неподвязанность» не так уж и важна. Важно изящество завершения всего действия. То есть, тут при открытом финале испытываешь вот это вот «ах, ну да». Не хочется задавать вопросы, наслаждаешься послевкусием и думаешь: «Чорт, что же у них в голове, у этих ребят, которые за копейки такую чучу забубучили?!». Хорошее кино.   

Будни киномана

Вчера задал в фейсбуке вопрос: «Какой бы фигни посмотреть?», читатели радостно откликнулись и набросали целую кучу всего. Я на вечер выбрал попробовать два сериала – «Люцифер» по Нилу Гейману (вроде как) и «Эш против зловещих мертвецов» Сэма Рейми. 


Люцифер оказался унылым говном. Точнее так: если вам нравятся «Касл», «Менталист» и «Элементарно», то вам и «Люцифер» понравится, потому что он решительно ничем не отличается от перечисленных. Ну, да у «Касла» не было сверхспособностей, но это не отменяет. Типовые диалоги, типовые ситуации. Не цепляет совершенно. По телику в качестве фона это прокатило бы, но не более.  

«Эш против зловещих мертвецов» – это адский треш с Брюсом Кэмпбеллом в главной роли, сразу отсылающий к культовой некогда «Армии тьмы, которая начиналась как такой нормальный хоррор, а окончилась очень смешной комедией. Эту комедию Сэм Рейми, собственно, и продолжает. Брюс по-прежнему насаживает на культю правой руки бензопилу и крошит нечисть в компании юного падавана Пабло (который называет его Эль Хефе, очень смешно) и юной еврейской красотули, у которой оживший труп мамы покрошил папу в кашу.


А теперь кино. «Идеальный день» из категории фильмов, которые мне очень понравились, но они настолько специфичны, что я не могу никому их порекомендовать. Тут даже жанр никак не определишь. Это и не комедия, и не драма… Это… Жизнь. Слегка постаревший со времён «Страха и ненависти в Лас-Вегасе» Бенисио Дель Торо играет специалиста по оказанию гуманитарной помощи по имени Мамбру, выходца из Пуэрто-Рико, который в компании французской девушки и напарника Би (Тим Роббинс, «Побег из Шоушенка», правда, тут у него такая бородища, что и не узнаешь). 


Эта троица работает в зоне только что умиротворённого конфликта где-то на Балканах и у них главная задача на день – достать труп из колодца, пока он не разложился настолько, что может необратимо заразить воду. Два соседних колодца в этом районе заминированы, так что миссия приобретает особенную важность. Однако, у бригады постоянно возникают сложности, одна их которых элементарна, но решить её никак не получается: нужна длинная и крепкая верёвка, потому что труп вести больше центнера.

По дороге, Мамбру встречает мальчика у которого старшие подростки отняли мяч. Мамбру хочет ему помочь, но подростки достают пистолет и вынуждают Мамбру бежать, захватив с собой пацана. Тут приезжает героиня актрисы Куриленко, чтобы закрыть проект. Фильм медитативный и нудный, но оставляет хорошее послевкусие 

Призрак в доспехах | Ghost in the shell 2017 

Рецензия не будет длинной. Это очень красивый, невероятно красивый аттракцион. А ещё это очень скучный и очень сопливый фильм.


Скарлатина Йохансон пресна как целлюлоза и женственна как грузчик, что самое удивительное — обладает соответствующей походкой. «Майор» Мотоко Кусанаги — один из самых эротически сильных образов в поп-культуре. Йохансон в этой роли ещё хуже, чем Пореченков в роли коммандос. Арамаки в исполнении Такеши Китано, это просто Такеши Китано в новом парике. Видимо, для продюсеров Бит Такеши в Японии единственный актёр. От грубого и харизматичного Бато ничего не осталось (кроме тактических глазных протезов, хотя они не спасают), впрочем, от Тогусы осталось ещё меньше. 

Исходное аниме — это 30% философии и 70% движения. В фильме всё наоборот. Йохансон ходит и ноет, иногда кто-то постреливает, все «разговаривают статусами из ВКонтакте». Вместо философии нудота нудная, просто вата. Единственный бесспорно блистательный герой — это город. Вырезать ноющую Скарлатину, оставить планы города и перестрелки — и будет хорошо. Хотя, нет, там ещё медузы ничо такие были. 

Ты умрёшь 


Почему-то не люблю фильмы (особенно триллеры) про идиотов и слизняков. А вот You’re Next очень годненький такой. Про жажду жизни, бойцовский дух и всё такое. Добротный боевик в старом духе, всё, что мы любили в незадумчивых лентах типа «Коммандос», «Кобра» и т.п. Для мальчиков разного возраста, чисто скоротать вечерок. 

Врождённый порок | Inherent Vice

Фильм по роману Томаса Пинчона, снял Пол Томас Андерсон, блистательный актёрский состав, отличный саундтрек, очень стильная картинка (снят на 35-мм пленку), куча номинаций и… Сборы 14,7 млн. долл. при затратах на производство в районе 20-ти. 


Это очень обаятельная лента, моментально расталкивающая на диване впечатлений «Страх и ненависть в Лос-Анджелесе Лас Вегасе» и «Большой Лебовски», и умещающая свою тощенькую хипповскую жопку ровно между ними. 

Увы. Понять сюжет можно только прочтя аннотацию, ну или… Хотя, нет. Лучше сюжет и не пытаться понять. Наркотический нуар не настаивает на понимании смысла. Сначала ты кайфуешь от картинки, от аллюзий, от пародийности, а потом всё это начинает немыслимо раздражать. Раздражение достигает апогея, когда бывшая тёлка героя по имени Шаста входит к нему голой и начинает бесконечный, как космос, и унылый, как туалетная бумага, монолог про то, как она с кем-то там трахалась. И тут ты смотришь на счётчик времени и понимаешь, что 02:48 — это перебор для американского фильма, где есть Философическая Тёлка. 


Читатели порицают меня за то, что я рекламирую скандинавские фильмы, отличающиеся невероятной тягучестью. Да, рекламирую. Но в них всё как-то по делу. Фразы редки и взвешены. А тут? Лишь бы попиздеть, лишь бы навернуть хуеву гору «мудрости» на уровне статусов ВКонтакте. 

В общем, фильм можно вынести, если смотреть в два приёма и не пытаться понять сюжет. Он очень скверно рассказан. А так всё хорошо, если вам нравятся 70-е и вся их эстетика. 

Ханья Янагихара «Маленькая жизнь»

Коротко: этот текст недостаточно сексуален для меня. Он пустой, необязательный, бросить читать его было так же легко, как выбросить вчерашний трамвайный билет. Плоские персонажи шевелят своими плоскими телами как театре теней: если совсем скучно, можно представить их живыми, сделать усилие, напрячься и скоротать вечер. Но зачем? Этому тексту подходят слова Иоанна Златоуста: «Но как ты тепел, а не горяч и не холоден, Я изблюю тебя из уст Моих!».


Скрежеща зубами, я прочёл двести страниц из почти девятисот (в электронной версии, в бумажной их семьсот, мне лень пересчитывать в процентном соотношении). Это магия рекомендательных рецензий и умных каналов в Telegram. Это гордыня, не позволяющая сдаться так быстро. Что бы со мной случилось, если бы я не прочёл этих двухсот страниц? Я заработал бы немного денег, написал бы что-нибудь, сделал бы что-нибудь полезное. Встретился бы с каким-то приятным человеком. Но я упорно читал эти двести страниц сплошной девчачьей целлюлозы. 

Янагихара — это не Донна Тартт, которая выстроила внутренний мир раненного подростка в «Щегле» так, что ты растягиваешь роман на подольше, тянешь из последних сил, только бы он не заканчивался. Янагихара не Мариша Пессл, которая создала циничного и ироничного журналиста Макгрэта, из бойницы своего восприятия глядящего на своих друзей, так, что ты вииииу! катишься по повествованию, забывая о своей остановке. 

Это Ханья Янагихара. Целлюлоза с ватой. Без вкуса, без цвета, без аромата. Это девятисотстраничный текст о четырёх юношах, не обладающий даже каплей тестостерона. В мужской раздевалке по версии Янагихары пахнет не потом, не спермой и не пердёжным газом, а смутными сомнениями, грёзами, предчувствиями и что там ещё у девочек в голове. Я двести страниц искал сюжета. Видимо, надо было взять лупу. Или надо было на основе этого текста самому себе придумать некий сюжет. 


«Страшная история Джуда» — это маркетинговый ход, который на все лады описывают восхищённые рецензенты… Но детской травмы недостаточно для истории. Сама по себе травма — ещё не история. Педофилия, сексуальное рабство, гендерная неопределённость, гомо- и бисексуальность, креативный класс — всего этого говна в романе полно, а истории нет. Отсюда, думаю, и весь хайп. Американские критики расхвалили роман за «поднятые общественно-значимые темы», а наши маркетологи подхватили. 

На протяжении кое-как прочитанных двухсот страниц меня не покидало ощущение, что Янагихара меня обманывает. Что это фейк. Имитация. Безжизненная и бесплодная. Три страницы о сексуальной неопределённости героя. Четыре страницы о попытке другого героя определить собственную расовую идентичность. Ужасно интересно. Примерно, как жевать гудрон. 

Саёнара, Янагихара-сан. До свидания. Меня ждут другие, куда более живые книги. 

Мариша Пессл «Ночное кино»

Я начал читать этот роман по рекомендации моей приятельницы, которая сравнила его с «Правдой о деле Гарри Квеберта«. Я с налёту одолел сразу страниц, наверное, сто, не заметив как робкое зимнее солнышко спряталось за домами, сдавшись багровым сумеркам. Я читал «Ночное кино» запоем, забывая есть, работать, совершать деловые звонки. И я не успокоился, пока не дошёл до конца.

MG_2410-1-2017-01-15-17-20.jpg

Журналист, заклеймённый позором профессионального сообщества, юная актрисулька, работающая официанткой, и юный же алкаш и наркоман без определённых занятий, ищут причины смерти Александры Кордова, пианистки-вундеркинда, чей отец Станислас Кордова породил целый культ.

Он снимал фильмы ужасов, до того страшные, что половину из них запретили к показу и посмотреть их можно было на нелегальных сборищах кордовитов где-нибудь в катакомбах Парижа. Сам Кордова жил затворником в огромном поместье, куда невозможно было проникнуть. Смерть его дочери сопровождалась чередой таких странных явлений, что расследование превратилось в мистический трип…

«Гарри Квеберт» — сложный и тонкий механизм, со множеством деталей, шестерёнок, сочленений, колёсиков, телескоп сознание поворачивает, пока все ложные финалы не уйдут со сцены и правда не засияет во всей своей красе. «Ночное кино» совершенно другая книга. Тут нет множества мелких крючочков. Мариша Пессл смогла сгустить такую захватывающую дух атмосферу, что будто бы с горки катишься куда-то в чёрную воду, и жутенько, и весело, и останавливаться не хочется.

2_8627b2937e3a33039950b142f2d56067_1464265835-2017-01-15-17-20.png

1_c43cab2187a58fe9ef95f257fa815e34_1464265826-2017-01-15-17-20.png

scrn_big_1-2017-01-15-17-20.jpg

И вроде бы понимаешь, из чего это сделано, но результат замечательный. Сканы статей, скриншоты сайтов — все эти приметы цифрового мира конечно ужасно милы, но они не главные кусочки в этом паззле. Главное, это как мастерски Пессл закручивает интригу, чтобы в конце окатить читателя ушатом холодной воды:

        «Какой облом.
У меня всегда наступал легкий облом в финале расследования, когда озираешься и видишь, что не осталось больше затененных углов – нечего копать. Но на сей раз вышло иначе. Накатило опустошение…
И эта <…> правда уничтожила все, одним ударом срубила волшебные сумрачные джунгли, куда я забрел по следу Сандры, и теперь я стоял посреди плоской пустыни, залитой светом, но совершенно голой».

Это ровно то же самое, что чувствует в конце повествования обманутый читатель. К счастью, Пессл милосердно дарит нам то, чего мы хотим всю дорогу – мистическую Надежду на откровение. Но, честно говоря, перед этим предстоит пережить действительно крутой облом.

Прекрасное путешествие. Замечательный роман.

Про вечную любовь

Когда нам было лет, наверное, по пятнадцать-шестнадцать мы впервые услышали настоящий блюз. Это была революция. То есть, слово «блюз» мы, конечно, знали. Этим словом называлась какая-то сопливая фигня про страдания юной Патрисии Каас, ну или там ещё что-нибудь похожее. Это сейчас качественная музыка звучит из каждого утюга, тыкаешь в какой-нибудь radio.garden и понеслась, весь радиомир перед тобой. А тогда миром правили «киоски звукозаписи», где продавали пиратским образом записанные аудиокассеты со всякой хренью. Двадцать итальянских имён, какой-нибудь «Оттаван» и полная коробушка всякого вторичного говна типа «Поющих гитар». Ну или «Голубых гитар», без разницы.

А тут вдруг Мадди Уотерс и Хаулин Вулф. Ревущие, нифига не сопливые, живые-настоящие. Харповое соло в I’m Ready почему-то так вливалось в общий звуковой фон челябинских улиц, казалось, что это вот оно, родное. А потом мы начали переводить тексты. И всё стало ясно.

goodoldblues

«Я готов. Я готов, как никто. Я пью ТНТ и курю динамит, надеюсь, что какой-нибудь придурок начнёт драку». Ага, понятно. «Меня привезли в госпиталь, продырявленного пулями, медсестра кричала «спасите его», меня обвиняли в убийстве первой степени, а жена судьи кричала «отпустите его на свободу». О, ну это вообще роднее некуда. «Это может быть ложка воды, что спасёт тебя от песка в пустыне. Но только только ложка [свинца] из сорок пятого [калибра] спасёт тебя от другого мужчины». Уау. УАУ.

Это всё сочиняли и пели люди, жившие в нищете, без надежды, без просвета, полные отчаяния и готовности дать отпор чему угодно. Игравшие на самодельных гитарах, сделанных из проволоки и соседней поленницы. А на дворе как раз стоял конец 80-х. Подростковые банды, район на район. Жратва по талонам. Сигареты по талонам. Сухой закон. Таксисты-бутлегеры. А надо всем этим болезненно-радостная Алла Пугачёва (она тогда типа с молодёжью заигрывала) и модный «Электроклуб». Чё там у вас? Белая ночь опустилась как облако? А, ну-ну.

Не, потом тоже была музыка. Потом было рэггей, потом был Black Box по MTV, со всякими прикольными рэперами, потом рванули RHCP, потом вообще все шлюзы открылись и теперь у меня в 64-гиговом айфоне напихано всего под завязку: от Арта Блэйки до «Триагрутрики», от «Pizzicato Five» до «Royal Blood». Но блюз – это детская любовь. Никогда не заржавеет.


Это я «роллингов» Blue and Lonesome продолжаю слушать и у меня от этого ностальгический словесный понос :-)

Роллинг Стоунз «Blue and Lonesome»

Про новый альбом Роллингов «Blue and Lonesome». Я намеренно не написал «свежий», потому что он какой угодной — сыгранный, мастеровитый, энергичный — но не «свежий». Он вышел под занавес 2016-го, но с тем же успехом мог быть записан и в 66-м и 76-м. 

В этот раз деды вообще не парились, они сели и сыграли музыку своей молодости — жестяной ритм-энд-блюз с дребезжащими подфузованными гитарами, с харповыми проходками поверх, местами вторгаются расхлябанные клавиши в духе Том Уэйтсовского «пианино нализалось, а не я». Ровный альбом классических каверов. 

Разумеется, если вам лет пятнадцать-шестнадцать и вы никогда ничего подобного не слышали, то будете как громом поражены. Или если же вам под семьдесят и вы давным-давно переехали на попсу, а тут вдруг бабах! и ностальгия накатила. 

Моя личная же проблема, как слушателя, состоит в том, что я слушаю довольно много такой ритм-энд-блюзовой музыки. У меня в коллекции с пару десятков похожих альбомов, если не сотня. Я не то, чтобы расстроен — наверняка я прослушаю этот альбом ещё ни раз и ни два — просто у меня такое сильное дежавю, будто мне снова четырнадцать и мы с моим другом Максом заводим его катушечный магнитофон «Днiпро» синим капиллярным фломастером. 

Ностальгии нет. Растерянность и лёгкая досада. А так-то молодцы, конечно. Очень отожгли, дай-то бог каждому в их годы и всё такое. И британские чарты уже порвали в тряпки. На этом мысль останавливается. 

Гопота снимает адибасы

У меня ж тут с месяц как длится новый life-проект «Стареющий челябинский гопник знакомится с пугающим миром искусства». Совершив несколько походов по музеям, театрам и галереям, я задался вопросом, который наверняка звучал из уст каждого мужчины, хоть раз терявшего пространственно-временную ориентацию: «а на ту ли бабу я полез?».

selfi

Однако мироздание мудро и часто подбрасывает ответы на внутренние вопросы самым неожиданным и чарующим образом. Во время очередного приступа бессонницы, по привычке завалился в горячую ванну с пеной, вооружившись томиком Генри Миллера. Карманный формат позволяет блаженствовать, не чувствуя веса книги, лепота.

В самом конце 7-й главы «Тропика Рака» Миллер описывает случай, как к нему пристала проститутка на сносях, рекламировавшая свой огромный живот, как пикантное преимущество перед товарками. Далее следует пассаж о том, что среди проституток в Париже выбитый зуб, или провалившийся нос, словом, всё, что делает женщину уродливее, рассматривается как бонус для пресыщенного мужчины. Гниющий и разлагающийся город — это вообще сквозная нить романа. Подавленный этими чувствами, герой-повествователь заходит в галерею и попадает на выставку Матисса, который возвращает ему «нормальный мир человеческих ценностей«. Далее следуют две страницы вдохновенного гимна гению Матисса, который остаётся осью мира даже тогда, когда обод мирового колеса разнесло в щепки.

«Мир всё больше и больше напоминает сон энтомолога«, — пишет Миллер. И тут я начинаю ржать: в нашем Абсурдистане вспрянет ото сна не каждый энтомолог. Сон энтомолога, которому противостоит вечность искусства. Прекрасная метафора. Поэтому проект «гопота снимает адибасы» продолжается. Завтра-послезавтра напишу про художника и пижона Соловьёва, который, поговаривают, был киллером и написал весьма провокационный диптих, изображающий панораму Карабашского завода.