«Цвет из иных миров» – хороший фильм по Лавкрафту

c8448108ca40383c_1200xHВ рубрику «Что смотреть на выходные». Вчера посмотрел прошлогодний ужастик «Цвет из иных миров» по Лавкрафту и мне понравилось. Моя любимая девушка иногда подсматривала, как я гляжу какую-нибудь фантастику средней паршивости и всякий раз задумчиво спрашивала: «Почему они все думают, что пришельцы должны быть похожи на нас? Это как-то нелогично. А если у них вообще нет тел? А если они какой-нибудь газ?».

Так вот, ужас в «Цвете из иных миров», наконец-то, вполне аморфен. Но тем круче. В общем, рядом с городишком Аркхэм живёт довольно мудаковатый фермер Нейтан Гарднер (Николас Кейдж, я него не люблю, но тут он хорош). Он разводит альпак (это перуанские родственники верблюдов) и задумывается, не стоило ли ему разводить вместо них вереск? В общем, живёт он, похоже, за счёт жены, которая работает в интернете трейдером и восстанавливается после онкологической операции. Их старший сын постоянно курит дурь и смотрит ролики про чёрные дыры, младший – аутичный ботаник в очках, главный друг которого – собака Сэм.

Отдельная песня – их дочь Лавиния (её отлично сыграла Мадлен Артур). Марсианские глазища, сиреневые волосы, увлечение оккультизмом и чтение Некрономикона – вот неполный портрет. Фильм, собственно, начинается с того, что она проводит ритуал на берегу реки, где её и застаёт герой-повествователь.

Но фильм пугает вовсе не колдовством. А тем, что после того, как на двор Гарднеров падает метеорит, они начинают понемногу сходить с ума. Точнее, их постепенно сводит с ума сиреневое нечто, вокруг появляются странные штуки, а в обычных бытовых сценах начинает твориться дичь. Фильм медленный, длинный и очень красивый. Всё понравилось: и актёрская работа, и режиссура и – главное – атмосфера. Режиссёр Ричард Стэнли создал бесплотного и вездесущего персонажа, растворив его вокруг. Я не знаю, как фанаты Лавкрафта к фильму отнесутся, я не великий его поклонник, мне зашло.

«Мы, девочки из бедных семей, должны помогать друг другу»

Это была самая настоящая дыра, местами действительно омерзительная и, к тому же, выкрашенная в чёрный цвет. Но девчонки её почему-то любили, вероятно, за дешевизну, а, вероятно, потому что с клубами тогда вообще было негусто. Обычно я не заглядывал на танцпол, а просто сидел и пил с ними за длинным столом, облагороженным морилкой, чтобы не было видно застарелых пятен на столешнице. Это сейчас все знают название «чилаут», а тогда мы звали это место «предбанником».

Публика вполне соответствовала заведению с народными ценами. Там двигались белым (кололись героином – «угол» белого тогда стоил дешевле бутылки импортного пива) прямо в туалете, даже не прячась в кабинку, употребляли прочие препараты и потом ловили невидимые звёздочки под «техно» с обессмысленными лицами. Я выделялся среди них не только одухотворённым взором, но и тем, что представлял из себя честного алкоголика.

Я не помню, что тогда послужило поводом для вечеринки. То ли одна из девчонок удачно раздела группу тюменских вахтовиков на съёмной квартире, где они щедро расставались с заработками, пуская пьяные пузыри. То ли удачно продалась партия поддельных дипломов или лотерейные билеты хорошо ушли, не припомню. А может, кто-то из них в очередной раз выходил замуж, встречал любимого из армии, или провожал его туда – не помню. Помню только, что денег у нас хватало.

Как часто бывало в те суматошные годы, я оказался в цветнике один. – Пей, Макс, – кричали они, – пей, как в последний раз!
И я, конечно, пытался соответствовать. Но челябинская чуйка – жуткая вещь, это застарелое чукалово, вбитое в подсознание на уровне инстинкта, страшно мешает веселиться в публичных местах. Я нервно оглядывался в поисках свободного выхода, привычно нашаривал глазами наиболее отбитых охранников, потенциально опасных наркоманов, да и вообще всё вот это.

За соседним столом волновалась группа рабочей молодёжи в эластиковых костюмах. Им больно было видеть, как разухабистый молодой человек в одиночку пьёт сразу с десятью девушками, наглый как султан в гареме. Они исподлобья бросали в нашу сторону красноречивые взгляды. Я, на всякий случай, украдкой спрятал в рукав вилку. Мало ли, думаю, столько народу – это слишком даже для меня, а я тогда был в хорошей форме.

– Да расслабься ты уже, – улыбалась мне В., – мы тут часто сидим, тут безопасно.
– Угу, – отвечал я, делая вальяжный вид. Конечно, у В. был чёрный пояс по карате кёкусинкай, но это сомнительное преимущество в настоящей пьяной сваре в полутёмном предбаннике клуба, где пять минут назад какая-то девица присела помочиться прямо посереди мужского тулета, да так и задремала, журча на корточках. Когда охранник толкнул её ногой в плечо, она рухнула на бок, но так и не проснулась.

Наконец, этот момент настал. От юной биомассы отлепился самый смелый – как сейчас помню, очень высокий и тощий – молодой человек с нервным лицом, подошёл к одной из девушек и храбро бросил:
– Ну чё, сидишь такая красивая, пойдём к нам? Отдохнём.

С меня слетел хмель. Стульев там не было, мы сидели на длинных лавках, вылезать было неудобно. Я начал было неловко вставать, но В. сильно дёрнула меня за руку со словами: «Сиди и пей, мы сами справимся». Я начал слегка удивляться, но до конца удивиться не успел. Потому что М. встала с места, посмотрела ухажёру в глаза и с вызовом сказала:
– Слышь, пацан. Это моя тёлка, понял?

Пацан не понял. Он глупо улыбался и переводил незадумчивый взгляд с одного девичьего лица на другое. Тогда М. взяла подругу за уши и смачно всосалась ей в губы. Через десяток-другой секунд, выждав, когда градус охуения юных масс раскалится как вольтова дуга, М. отпустила девушку, снова повернулась к хулигану и с нажимом повторила:
– Это. Моя. Тёлка.
– Я же говорила, – шепнула мне В. – Этот фокус всегда срабатывает. Сто раз проверяли. Работает всегда. Со всеми и везде. Так что открой-ка ещё бутылочку.

Вы прослушали отрывок из радиопередачи «Годы и дни. Писатель вспоминает». У микрофона был Максим Бодягин.

Про жизненную опытность

Я помню, что лучший совет в жизни мне дел на выпускном наш лингвист Вячеслав Павлинович Тимофеев. Там все несли какой-то многословный пафосный бред, а Павлиныч вышел и сказал: «Никогда не играйте в азартные игры. Особенно с государством». После чего попрощался и ушёл. Эти слова мне очень пригодились потом.

Видели зайца

146759651_10214898156807886_1755418184440402702_oСегодня видели с Чижом зайца. Огромный, размером с пол-Чижа, беленький такой, только ухи чёрно-серые. Худенький, бедолажка. Поскольку всё это происходило в двух шагах от дома, а не где-то возле речки, я, грешным делом, сначала подумал, что это такая странная собака. Не, ну мало ли? В мире, где есть китайские хохлатки, возможно всё.

Ан нет, заяц. Чижик его, конечно, игнорировал, а я слегка запереживал, поскольку в это время в парке много собак, могут и порвать. Но когда заяц лупанул по снежной целине, я тут же перестал переживать, потому что догнать его может только борзая, а их тут не так много. В общем, прикольно было.
PS пошёл дождь. В феврале. На Урале.

Хочется чего-то вечного

Хочется вечного, знаете ли. Сейчас поясню. Я как-то купил чугунную утятницу из простых соображений, чтобы «как у бабушки была». Я даже не помню, сколько лет прошло, десять? Пятнадцать? Но утятница до сих пор стоит на полке гордо, как пиратский корабль у берегов Тортуги, гордо и независимо, потому что ей хуйчо сделаешь. Пройдут века, иссякнут реки, страшно сказать, умрёт Путин, но её совершенные обводы всё так же будут напоминать корабельные.

Или вот гантель у меня, пыльная, разумеется. Лежит, двери подпирает. Она абсолютно точно старше меня. Возможно, она даже старше моего отца. И ничего. Лежит, красавица. Милый привет из советского прошлого в постапокалиптическое будущее, где, после этой эпической битвы добра с баблом, выживут только они с утятницей. Возможно, на руинах цивилизации они даже найдут способ коммуницировать, начнётся с малого, а потом всё вот это: вместе встречать рассветы, прижиматься друг к другу сначала ненароком, а потом со страстью, днём шептать друг другу нежности, а ночью – кричать непристойности, рыдая и задыхаясь от счастья. Потом, глядишь, у них и дети пойдут. Такие же непоколебимые, чугунные, суровые.

А то заебал этот одноразовый мир. Всё на один укус, на одно нажатие, на один взгляд. Осенью купил в «Ашане» две разделочные доски, так они уже сейчас выглядят, как будто в портовом борделе служили девственницами не один десяток лет. А как бодрились-то поначалу! Нельзя так. Мир, тебе должно быть стыдно. Остановись, хватит бегать, остановись, я сказал, постой в углу и подумай о своём поведении.

Человек-судак

Расскажу вам, почему не принимаю приглашения выпить от малознакомых людей. Не то, чтобы я, например, не выпиваю. Разумеется, выпиваю иногда. Вообще, с «совсем непьющими» же вариантов-то немного: твм либо алкаш на ремиссии (а уж если он ещё и хвастается там, что не пьёт – жди подвоха, может сломаться в любую секунду), либо наркоман, либо последствия травмы, либо здоровье не позволяет. Две последние категории – самые мирные. Ну, ладно, одна.

Но, вернёмся к теме. Как-то раз друзья позвали меня попить пивка в чисто мужской компании, давно не виделись, посидим, шумно сдвинем кружки, галстук на бок, вспомним былое, хором нассым в сугроб, кто сумеет начертать жёлтым «Клеопатра» – получит приз: по сухарику в каждую ноздрю. Вот это всё. Ну, вы понимаете, что происходит, когда взрослый собственник бизнеса регрессирует до второкурсника в закрытом ресторане «для своих».

Я просил об одном: ребята, только без друзей. Пожалуйста, если у вас есть друг детства, приведите его в песочницу и бросьте там, без компаса, средств связи и фальшфейера. Дайте ему бутылку водки, гитару и портрет Ирины Понаровской, пусть они любуются друг другом.
– Не надо тащить друзей с собой, давайте без групповухи, – умолял я.
– Ну, что ты, как можно! Конечно! Будем играть в иллюминатов, бухаем узким кругом, по-сектантски, тайно, – уверяли меня они.

Вы уже поняли, что будет дальше, да? Правильно. Несложно догадаться. Когда я приехал в заведение, там уже были два наших старинных друга, которые уже с обеда пили водку. Они, вообще, милые, но просто пили уже с обеда. Водку. Про нашу договорённость они узнали случайно, приехали пораньше, были страшно рады, так страшно, что стало реально страшно, Это же водка. Остальные иллюминаты подтянулись с опозданием, когда я уже успел покрыться инеем, пытаясь вежливо объяснить, что наследие Высоцкого я уважаю, но петь не буду.

Если бы мы создавали с этими парнями тайную секту, то обосрались бы на следующий день. Все тайны коту под хвост. Каждый из них, представляете? Ка-а-аждый притащил с собой друга. После красивой презентации в духе «мы с ним огонь и воду», Друг №1 за четверть часа накидался так, что его глаза превратились в два мутных лазера, ползающих по телесам чужих женщин. А,повторюсь, мы сидели в нормальном заведении, куда кого попало не пускают, там за хамство можно с равным успехом и на подвал поехать, и в лесопосадки.

Я не буду живописать всю эту дикую алкогольную муть. Скажу так: это длилось слишком долго. Напоследок Друг №1 заказал себе судака, а мои «иллюминаты» шепнули, что пора разъезжаться разными машинами, Встречаемся в Baboushka, шепнули они и растворились во мраке зимней ночи. Поскольку во всей гоп-компании обеn бодхисаттвы давал только я, то и Друг №1 достался мне. Со своим ебучим судаком в длинном пластиковом контейнере, который пришлось примотать ему к пузу скотчем. Это не для того, чтобы он его не проебал, нет. Просто наличие судака его как-то успокаивало. Он что-то шептал судаку и я уверен, что судак что-то шептал ему в ответ. К счастью, скотча мы намотали много, поэтому платоническая фаза их отношений не могла перейти в острую. Не улыбайтесь, ехать в такси с незнакомым человеком, котоый разговаривает с приклеенным к пузу судаком – это не так весело.

Но самое печальное случилось, когда этот бессмысленный кусок протоплазмы с заднего сиденья крикнул таксисту: «Слышь, ты, пидарас». В Челябинске вообще опасно говорить такое людям. А уж если это таксист, сплошь покрытый портаками уголовной тематики, то… Вы понимаете. Сидя рядом с водителем, я услышал, как у него скрипнули зубы. Увидел, как побелели костяшки пальцев. Сзади раздалось повторное: «Слышь, ты, пидарас». Я сказал:
– Простите его, пожалуйста. Я его не знаю, но знаю, что это говорит не он. Это водка говорит.

Водитель хмуро кивнул. Из кармашка на двери, слева от него, торчал нож с тёмным лезвием и наборной рукоятью. Я сказал:
– Остановитесь, пожалуйста, на площади. Этот мужчнна выходит.
– Э, кто выходит? Ты чё?! – забыковал любитель судака.

Я вытащил его из машины прямо на остановке, на площади Революции, стараясь не оторвать судака. На ум почему-то пришёл Куато, гипнотически шепчущий: «Open your mind, mister Quade! Open your mind». Пациент визжал, брызгал слюной и махал руками, поэтому пришлось влупить ему красивый фронт-кик в грудину, чтобы его жопа под правильным углом вошла в ближайший сугроб. Где он и окуклился, обиженно шепча судаку что-то на их собственном интимном языке. Через пару минут мы с таксистом приехали в «Бабку».
– Спасибо вам большое за понимание, – сказал я.
– Вам спасибо, – ответил водитель. – Я думал, убью. А мне так нельзя. Я обратно не хочу.
– Понимаю, – ответил я и распрощался.

Стоит ли говорить, что мои беспечные друзья щебетали как ласточки? Что их глаза были столь невинны, что позавидовали бы и невесты Христовы? Вспомнился анекдот:
– А что вы думаете о корпускулярно-волновом дуализме света?
– Я не Света, я – Наташа.

Вот и там был подобный же уровень взаимопонимания. Короче, теперь вы знаете, почему я такой. Почему я предпочитаю с друзьями пить чай и курить кальян. Тот случай переполнил и без того небольшую чашечку моего терпения. Возможно, здесь должна быть какая-то высокомудрая Мараль, но я не педагог младших классов, простите. Да и работы дофига.

Criminal: United Kingdom

141525310_10214822125267145_4383599106713576378_nСейчас вам про такое кино расскажу, я чуть с ума не сошел. Реально. Это крохотный сериал Criminal: United Kingdom, всего три серии по 45 минут. И все они просто офигенные. Это часть проекта Criminal от Netflix, остальные посвящены другим странам, я их не смотрел. Но этот мне понравился настолько, что я с утра ещё выборочно несколько кусков пересмотрел.

Лондонская полиция. Когда они задерживают преступника, у них есть 24 часа на предъявление обвинения. И за эти сутки им надо расковырять подозреваемого, который, между прочим, активно этому сопротивляется. Тут же сидит адвокат и начинается большая игра в кошки-мышки, кто кого перехитрит.
Смотреть на эту психологическую игру само по себе чистое наслаждение, это не американские дуболомные процедуралы, это вероломные британцы. Так там ещё и истории такие, что сердце, сука, в куски прямо! Не, правда. Просто вдребезги. Как они за сорок минут успевают так плотно историю насытить событиями?! Непонятно. Так там же ещё и декорации-то… Допросная и комнату за за зеркалом. Ну, коридор ещё, куда они за кофем бегают.

Всё. Там больше ничего не происходит. Просто сидят люди за столом, разговаривают, а у тебя понемногу душа на волокна расползается, как лопнувшая верёвка. Отличный фильм на вечер. Не оторваться.

Это жизнь…

Намедни вечером, сижу я, сытый, у зомбоящика, он показывает весёлые картинки из буржуазной жизни, причудливые блюда разной кухни и всё такое. А я полуживой от усталости. Что-то Накатило. Отпил лагавулина немножечко и дальше сижу. И вот, моя любимая девушка присаживается рядышком, вся покрытая урчащими котами, и говорит:

– Рыженький, может, ты завтра в какой-нибудь ресторан сходишь позавтракать? А то у нас в холодильнике всё закончилось.

Тут во мне пробудилась внутренняя жаба и давай недовольно квакать что-то мутное, там ещё были слова «деньги», «поприжаться» и, кажется, прозвучала фраза про «немного сэкономить». И тут она наклоняется ко мне. гладит так по голове, знаете, как только любимые люди умеют, и говорит:

– Рыженький, неужели ты ещё не понял? Будущее ведь может и не наступить.

Любите друг друга, ребята. Зверей любите, людей всяких, хоть это и тяжеловато порой. Никто не вечен. Никто.

Крепкий сон | Mientras duermes, 2011

Mientras duermesОтличный испанский триллер, который по-европейски медленно разгоняется, зато потом не отпускает. И все что? Правильно! Все слегка не в себе, всё, как мы любим. Главный герой Сесар работает консьержем и не хочет жить. Он чувствует себя очень несчастным и не знает, как с этим справиться. Но тут на помощь приходит смекалка – у меня же ключи от всех дверей, значит, я могу по-тихому срать соседям в тапки! Что он, собственно, и делает.

Сначала нам показывают Сесара в постели с женщиной в дезабилье. У мужчины бибикает будильник, на часах – пять утра, он встаёт с постели, тайком выходит из квартиры, моется в душе, надевает халат трудовика и становится за стойку рецепции. Всё, он – на работе. Однако, тут же нам показывают, как эта женщина проходит через холл и – сюрприз! Сесара этого она не узнаёт, а он церемонно называет её сеньорита Клара. Интрига, да?

Дальше там такая густозамешанная дичь начинает твориться, что прямо хорошо становится. «Я сотру улыбку с её лица», – шепчет Сесар своей парализованной матери о Кларе. Ну и, в общем, старается. Стирает, как может. Улыбка, кстати, симпатичная у ей, у Клары этой.

Отличная картинка, прекрасная актёрская работа, прям всё хорошо. Лучший звук, лучший монтаж, сценарий, лучший режиссёр, там целая куча призов за 2012 год. Если вам нравятся мрачные триллеры, «Крепкий сон» точно скрасит вам вечер.