Семейные карантинные новости (бонус-трек прилагается)

Вчера вечером звоню тётке, переживаю, как она там. Она стала совсем стара, но бодрится, делимся маленькими семейными новостями. Я сетую, что читал где-то, как кто-то из чиновников обмолвился, мол, полное снятие ограничений возможно в феврале. Вот, говорю, может так случиться, что до зимы не увидимся.

Тётка смеётся (курит же ещё, поэтому смех такой клекочущий) и говорит: всё переживём, милый, всё. Это ты ещё холеру не застал. В Одессе ж была холера. А тогда, рассказывает она, было популярно дивное танго «На Дерибасовской открылась пивная», и вот на этот-то мотив народные таланты сложили песню, из которой я узнала слово «обсервация». И цитирует песню по памяти. Потом помолчала и говорит: прости, милый, что учу тебя таким вещам. Я говорю: перестань, у меня уже борода седая. Она говорит: никак не могу к этому привыкнуть. Всё переживём, всё.

Вот оно, холерное танго:

На Дерибасовской случилася холера —
Её схватила одна блядь от кавалера.
Пусть Бога нет, но Бог накажет эту бабу,
Что в подворотне где-то видала арабу.
Вот из-за этой неразборчивости женской
Холера прёт уже по всей Преображенской.
Заговорили о холерном вубриёне
На Мясоедовской, в порту, на Ланжероне.
Чтоб я так жил, как мне нужна эта холера!
Но тут врачами была выдумана мера,
Чтоб в страшных муках всем нам не усраться,
Определили нас в одну из обсерваций.
Нет, нам вакцин-таки французских не давали,
Велели, чтобы жопу хлоркой обмывали,
А чтоб имели мы к тому чего смешного,
К нам подсадили даже Мишу Водяного.
Чтоб я так жил, какой обед нам подавали —
Его гуляш вам захотелося б едва ли
Зато еду мы получали троекратно —
Какого хера вы б хотели за бесплатно!
Затем врачи нас всех забрали на заметку,
Велели всем они покакать на газетку,
И как сказала тётя Соня с Молдаванки —
Засрали все, бля, с-под майонеза банки!
Нет, за любовью женской мы-таки не гнались,
Молили бога, чтоб роскошным был анализ.
Какую даму за говно вы б не спросили,
Она кокетливо ответила вам — «Или!»
Вот вам история одной из обсерваций,
Где нам пришлось для государства обосраться,
И вот вам песня поколеньям в назиданье
За ту холеру, что досталась на свиданье
с Одессой-мамой…

Задумался

Половина бед в моей жизни произошла потому, что я излишне доверял людям. Вторая половина — потому что я им не доверял. Вероятно, мудрость понять, кто и чего стоит – одна из самых ценных магий на свете, о которых только стоит просить.

Записки фенолога

Вы пишете, что я слишком редко делюсь интимным, а как же так, тут же соцсети, тут принято бегать в трусах наизнанку. Ну, извольте. Приоткрою цветастую занавеску над своей слегка девиантной личной жизнью.

Сегодня чуть свет согрел себе водички тёпленькой, чтобы навести блеск на уже неновые пожелтевшие клыки. Как вы понимаете, чистить зубы ледяной водой – так себе удовольствие, а воду дадут (Даждьбог и Перун, не подведите) только послезавтра. И я никак не могу ждать до послезавтра, потому что как бы я ни был дик и алчен до жизни, в детском садике мне накрепко вбили две мысли: а) учёт и контроль есть основа социалистического хозяйствования и б) зубы надо чистить каждый день. Даже если их уже не так много, как раньше.

Согрел водички, поставил кружечку на бортик ванны, промыл ясны глазоньки ледяной водой, а потом ею же зубы и почистил. Как самурай при Сэкигахаре, корча страшные рожи и крича. Потом взял тёплую воду и на кухню отнёс, неиспользованную. Это примерно всё, что нужно знать о человеке, который два дня не спал в силу превратностей погоды Южного Урала.

Электрочтение

decollete_dekoltee_ipad_pad_tablet_x_ray_bosom_bra-487333.jpg!dА ведь как-то незаметно стукнуло десять лет с тех пор, как я перестал читать бумажные книги. Помню, купил Kindle и сразу прочёл в десять раз больше текстов, чем за год до этого. А потом мне подарили айпад и началась другая эра.

Помню, когда «Ахмерова» писал, нужно было шерстить очень много источников, и так пригодилась функция сделать пометку в iBook. Прямо песня. А на прошлой неделе оборудовал себе маленькую модель рая — купил в Кастораме два шезлонга и поставил их на лоджии, а моя любимая девушка поставила рядышком пару горшков с цветами и устроила столик. И теперь прямо Эдем. Прохладно. Тенисто. Зелено.

Я читаю Дэвида Митчелла и, поскольку это не бумага, то сразу могу посмотреть, как выглядит малиновка и как она поёт, найти хит The Smith’s или Talking Heads, посмотреть, как выглядит типичный пейзаж Уэльса или что угодно вообще. И мне это нравится.

Спору нет, есть гениально сделанные бумажные тома. Например, «Русскую Швейцарию» Шишкина я не представляю в электронном варианте. Или классиков. Но электронное чтение просто обожаю. Да-да-да, я знаю про запах бумаги, шелест страниц и вот это всё. Но я люблю текст. И за текст поднимаю свою вечернюю кружку пива, глядя на истомлённый тридцатиградусный жарой Челябинск из своего снобского шезлонга за 950 рублей. Чин-чин!

Дорогой дневничок

Мой редакторский кабинет находится в цоколе, поэтому из окна открывается милый глазу вид на газон и густые кроны дерев. Когда я окончательно охреневаю от постоянного сидения у компьютера, то достаю из рюкзака какие-нибудь сендвичи и иду к подоконнику жрать и услаждать уставшие глазюки лицезрением ландышей и прочей зелени.

В первый раз ко мне из ландышей пришёл серый, мышастой масти, кот и взглядом спросил, с чем у меня бутерброды. Я ему честно ответил, что котов много, а я один, поэтому котам я оказываю помощь адресно. У меня уже находятся на иждивении один немолодой кот и одна гиперактивная котильда, на этом я считаю свой долг перед котским сообществом исполненным.

Кот вздохнул и пошёл в соседний подъезд в поисках более сердобольного человека. На следующий день вместо него, мышастого, пришёл уже другой. Чёрный. С тем же вопросом. Я нахально откусил кусок и с набитым ртом сказал ему, что много их тут ходит, а я живу по заветам моего кумира Джо Триббиани и не делюсь едой. Иди, говорю, и скажи остальным вашим, что тут ловить нечего. Ишь, чо.

На следующий день прилетели алчные уральские голуби, которые сказали, что ветчина их прельщает, вельми понеже, гур-гур-гур, вот это всё. Я хотел сказать котам, что они могут пообедать голубями, если хотят, но котов не было. Ушли. Выходит, у них отлично налаженная информационная сеть и коты не то, чем кажутся.

Но главное – специфическое «челябинское» выражение лица работает. И так будет с каждым. На работе уровень моей суровости вырастает до 80 lvl. Жаль, что тут нельзя грабить корованы. На этом передача «В рабочий полдень» заканчивается. Stay tuned, guyz.

Новости самоизолированного города

Сегодня в парке видел женщину с собакой. Женщина как женщина, в маске. А вот на собулю дворянской породы она надела здоровенные очки как для страйкбола, только в алой оправе. А ещё на площади видел женщину в оранжевой маске с чёрными кружевами. Жизнь-то продолжается, товарищи!

Сон мне жолтые огни

к пездам
Щас проснулся в холодном поту. Снилось, что выпиваю я с какими-то лялями в ночном клубе с интерьером в стиле «ар деко», и тут в город входят толпы каких-то людей в форме Первой мировой, начинают обильно стрелять и швырять бомбы. И было их реально дофигища. Ну просто реально некуда бежать.

Ляли в рассыпную, виски пролили, я в панике, люди бегут как куры по всей этой здоровенный торговой галерее. Всюду содом, бабах и диарея. Я попытался выбраться через крышу, связав из скатертей подобие верёвки, но увидел, сколько там ещё этих неприятных чуваков с примкнутыми штыками, принял волевое решение и отпустил верёвку.

Проснулся, проверил: не насрал ли от ужаса в постель? Нет. Мужественный. Не насрал. Вы прослушали отрывок из передачи «Дурацкие откровения провинциального писателя М.».

Про карантин

Я шёл и думал о том, что те шесть-восемь лет, что я провёл на фрилансе, были хоть и непростыми, но очень счастливыми годами. Потому что мой дом – это моё счастье, мой мир, моя тихая гавань. Конечно, я крепкий бесхозяйственник и живу в руинах. Но мои руины мне дороги, они полны уюта и неги. И я реально не понимаю людей – так я думал, пока шёл – которые не знают, чем занять себя дома.

Потом я остановился и вспомнил разные дома, в которых я некогда бывал. И отчего-то в памяти всплыла длинная вереница безликих интерьеров, отличавшихся друг от друга едва ли сильнее, чем яйца в грохотке: вычурные потолки с точечными светильниками, с люстрами, пародирующими люстру в Оперном, тяжёлые шторы, нарядные как халат бухарского эмира и под ними тонкая поддёвка из органзы, как ночнушка. И ламбрекен. Обязательно ебучий ламбрекен. С золотой каймой, или, там, с бахромой, как на старом торшере.

Мысленно я прошёл по этим комнатам и понял, что будь я вором, забравшимся туда, попросту бы не смог узнать, кто тут живёт. Одинаковые как гостиничные номера, с дорогим ламинатом и столами «из массива», ячейки для ночёвки. И снова ёбаный, сука, ламбрекен. О, я ж совсем забыл! Мебельная стенка! Ме-блядь-бе-блядь-льная стенка! Она может быть разной формы, высокая или низенькая, но это она – Святой Грааль отцов и дедов. От шерстяного алтаря – Ковра на стенке – большинство уже избавилось, но вера предков сильна.

Я не понимаю людей, которые не знают, чем занять себя дома. Возможно, это шанс посмотреть на ёбаный золотой ламбрекен и задуматься над тем, что если ты не знаешь, что тебе делать дома, то это – не твой дом? Или это вообще не дом? Не, я понимаю, что если у тебя трое детей и ты живешь вместе с ними и женой и тёщей и козой в однокомнатной хрущёвке – то тут вообще не до скуки. Тут бы с ума не сойти. Но я шёл и почему-то подумал о тех «нормальных людях», которым нечем занять себя в более комфортной обстановке.

А потом я перестал думать обо всякой такой фигне, потому что меня дома ждут мои ласковые и добрые звери, которым надо купить говяжьего фарша, и любимая девушка, которой надо купить сигарет и кофе. Только вот ебучий ламбрекен привязался, блядь, как липучий эстрадный шлягер. Ну-ка фу. Ну-ка, пошёл нахуй, пошёл, сука, висит он мне тут, золотом блестит своим ебучим.

Продолжаю вести наблюдение

Иду, вижу: передо мной идёт девушка с розовыми крылышками за спиной. Подумал: хорошо, что сейчас не эти ваши сладкие советские времена и ей никто не набьёт за это лицо, не наговорит гадостей, не нашипит ей вслед ничего. Просто тёплый день и девушка с крылышками. Хорошо.

Иду, вижу: крупный мужчина кричит в телефон, мол, пошла ты нахуй со своей ревностью, нехуй меня ревновать. И ещё тебе скажу: я тоже тебя ревновать не буду, нахуй надо. А знаешь, почему? Потому что я – самодостаточный. Я уже лет пять на собственном лексусе езжу.

Иду, вижу: идёт крупный парень в очках и без шапки и читает на ходу глянцевый журнал. Бумажный глянцевый журнал. Когда я обгонял его, он повернул ко мне очкастое лицо и сказал: мужик, у меня пуля в голове. Понял? У меня пуля в голове. Я подумал: ну этот-то хоть честно признался, а сколько их таких просто так по улицам ходит?

Ну и напоследок. Если бы мне кто-то лет тридцать назад сказал, что ко мне в Челябинске (!) подойдёт негр (!) и на английском языке (!) начнёт просить милостыню – я бы нахуй послал. И был бы неправ. Потому что подходил, мерзляво ёжился, просил денег. Я потом долго озирался по сторонам. Нет, вокруг был ни Детройт, ни Филли, вокруг по-прежнему был родимый Челябинск.

Вы прослушали кусочек радиоспектакля «Провинциальный писатель М. в естественной среде обитания».

Всюду жизнь

Как я провёл этим днём:

Ехал на такси из пловной в кальянную, а у водителя на руках сидела маленькая чёрная собака с огромными, как флаги, ушами. «Сейчас, Юки, заедем в КБ, я тебе какого-нибудь «Феликса» куплю», – сказал пожилой водитель. «Она всегда с вами ездит?», – спросил я. «Не, просто сегодня все из дому рано разъехались, а ей скучно, она лаять начинает и выть. Вот и приходится. А то ж они могут и жалобу коллективную написать. Она же, простите за выражение, пиздец дома устраивает». Устроительница пиздеца на вид выглядела килограмма на два. И уши эти ещё. «Сейчас-сейчас, высадим мужчину и покормлю тебя», – ласково сказал водитель. Юки высунулась в приоткрытое окно и пошевелила усами.

А потом радио мне сказало, что нам с вами нечего бояться, потому что есть такое лекарство – арбидол. И оно прям настолько чудесное, что даже короновирус лечит. Так что мы в безопасности, пацаны. Лимон, мёд, аскорбинка и арбидолом сверху заполировать и всё. Короновирусу кранты. Надо китайцам подсказать, а то они-то не в курсе, что у нас такой вот кайнд оф мэджик есть. С нами бог.

На этом мысль останавливается. Сейчас по радио исполняется «Time to say goodbye» Сары Брайтман и Андреа Бочелли. Очень духоподъёмно. Выходной – это хорошо. PS а вот и Queen со своим Kind of Magic. Они мои мысли читают что ли?