Как сделать так, чтобы отпустило

Так вышло, что один из тату-мастеров, делавших мне татуировки, пару раз сидел в тюрьме. Лет восемь у него в анамнезе, что-то типа того. Потом он уже завязал с этим унылым и малоприбыльным занятием, начал рисовать, стало получаться и так далее. И вот он встретил как-то одного урку, с которым вместе на нарах чалился. А к этому моменту мой тату-мастер, любивший пробовать всё на себе, был уже нарядным как хохломская ложка. Только на лице татух не было.

Ну и тут этот его бывший сокамерник начинает его по понятиям пробивать: а чо за дела? А это чо за кот у тебя на руке? Ну и вся эта гнусавая словесная перхоть, как вы понимаете. А к этому моменту мой тату-мастер уже стал респектабельным парнем, зарабатывал пару тыщ баков в месяц и клиентура у него росла и росла. И вот он терпел-терпел всю эту гнусь шершавую от человека, который еле перебивался между мелкими кражами, и в конце концов спросил:

– Чё, не отпускает восьмиклинка?

Поэтому поговорим сегодня о том, что бы такого сделать, чтобы «отпустило». А то я всё время рассказываю про нарративную самотерапию, а что это – не объясняю. Объясняю. На самом деле, мы – это текст. В это трудно поверить, но мы на самом деле – текст. Мы же постоянно что-то рассказываем о себе всем вокруг и самим себе, в том числе. «Я жила с мамой, отца видела последний раз в пять лет». «Меня забрали в армию, там-то я всё и понял». «Сука, ей только бабки мои нужны были». «Как бы я ни старалась, он всё равно не полюбил меня так же, как первую жену». Всё это текст. И мы склонны его постоянно повторять.

Хорошие новости: текст, который мы рассказываем о себе, всегда можно переписать. Это не «позитивное мышление», когда у нас по всей морде прыщи, а мы, тем не менее, смотрим в зеркало и начитываем странную мантру «моя кожа гладкая и чистая», обманывая себя и подражая шизофренику. Нет. Нарративная самотерапия работает чуть иначе. Мы можем переписать свой текст так, чтобы принять себя.

«Принимающий» текст строится по формуле «да, но». Например:

  • ДА, я жил в агрессивной среде, под постоянным давлением среди малолетних уголовников. НО я стал респектабельным членом общества и не пошёл по кривой дорожке;

  • ДА, я действительно знаю, что такое длительная социальная депривация (одиночество), НО мне удалось не озлобиться и стать человеком, к которому искренне тянутся другие люди;

  • ДА, я рос очень болезненным ребёнком, НО при помощи боевых искусств мне удалось стать сильным и крепким парнем;

  • ДА, мои родители применяли ко мне эмоциональное насилие и манипулировали мною, НО мне удалось создать собственную счастливую семью и я горжусь тем, что научился быть заботливым и принимающиим партнёром.

И так далее. То есть, все мы склонны очень подробно расписывать ту часть, которая про «ДА». И это, как правило, обвинение кого-то внешнего, которое может растянуться на километр. Мы гигабайт подробной фигни можем написать про то, как нам не повезло, потому что родители (СМИ, государство, тот пидор, эта сучка, все они – нужное подчеркнуть) так плохо с нами обошлись и обманули нас-несчастных. И это тупик. Это петля, в которой можно бултыхаться бесконечно.

Поэтому мы применяем ту часть, которая «НО» как противоядие против перекладывания ответственности на внешнего врага. «ДА, я действительно получил плохое образование, НО благодаря своему упорству и любопытству, я овладел редкой профессией и стал высокооплачиваемым специалистом». А поскольку мы склонны циклиться на обвинениях и самооправдании, то мы просто приклеиваем положительную часть «НО» к этому внутреннему нытью всякий раз, когда ловим себя за этой изнурительной ментальной мастурбации.

Это довольно увлекательное упражнение и, самое главное, оно прекрасно работает. Попробуйте и, возможно, оно откроет перед вами новые двери и навсегда захлопнет старые, ржавые, из-за которых постоянно говном воняет. Перепишите свой текст, это прикольно.

Обнимаю, ваш любимый провинциальный писатель М.

Рецепт Хемингэуя для пишущих

EH8505P

Тем, кто работает с художественными текстами, нобелевский лауреат Эрнест Хемингуэй оставил очень дельный совет. Возможно, он сработает и для других творческих профессий. Делюсь. «Папа Хем» советовал никогда не работать до изнеможения. Когда вы пишете что-то, главное вовремя остановиться и сохранить запал для работы на следующий день. Оставить себе частичку сегодняшнего вдохновения.

Иначе, есть риск загнать себя в ступор и получить перегорание. Вы будете эмоционально истощены до такой степени, что график работ попросту может слететь к чертям. И вместо нормы в десять тысяч слов, намеченной на рабочую неделю, вы получите три, да ещё и написанных впопыхах. Плюс восстановление займёт время, деньги, обеспечит плохим сном и аппетитом.

Короче, не работайте до изнеможения. Даже если вас прёт от работы как берсерка от мухоморов (особенно, если вас прёт), не выкладывайтесь на 100%, сделайте 97%, остальное оставьте на завтра или на следующий запланированный период работы. Останавливайтесь вовремя, сохраняйте страсть к работе и правильно планируйте график. Я это в каникулы на собственной шкуре прочувствовал, поэтому и делюсь.

PS: читателям: новый роман движется по графику, всё ок.
PPS: кота на картинке зовут Кристобаль
PPPS: Хемингуэй справа на фото

Не пропадёт ваш скорбный труд

Декабристы, как ни странно, оставили светлый след в моём девиантном детстве. Правда, сначала туда прокралось наше всё — Александр Сергеич, а остальные на уже унавоженную им почву, так сказать, припёрлись. В один холодный весенний день меня приняли в пионеры и я поехал в Копейск, похвастаться бабушке красным галстуком.

Потом мы, разумеется, с пацанами пошли на болото, чтобы вывозиться в тине и грязи, построить шалаш из камыша, ловить мормыша и личинок стрекозы, запекать в костре картошку, в общем, заниматься всем тем, чем обычно занимаются десятилетние люди.

Потом мы замёрзли и пошли, как были, в тине и травяном соке, к Сане. Или Лёхе, или Серёге, за давностью лет уж не помню, как их звали. Не важно. А важно, что когда с черно-белого телевизора поднимаешь кружевную занавеску, там показывают кино. Телевизор тогда был полным говном, конечно. Всего два канала, которые в обед не показывают (у них же обед), по обоим каналам сплошной кобзон, какое-то документальное говно и новости про рост надоев. Всегда.

А тут вдруг, внезапно, кино. Это был «Дубровский» и оказалось, что вся эта история с медведем и пистолетом, с униженным отцом и местью, и передачами записок Маше через тайное дупло — это лучшее в мире зрелище для пацана. Так я полюбил Пушкина. А потом я попытался его читать (всяко лучше, чем смотреть про неуклонный рост надоев под завывания Зыкиной) и первое, что прочёл, был «Граф Нулин», так моя любовь окрепла и вознеслась до небес, потому что это гомерически смешная поэма.

И так мы добрались до декабристов, через тернии и звёзды моего унылого и страшноватого детства. В библиотеке мне попалась книжка про декабристов и Пушкина, посвящённая их домашним альбомам. У них было такое популярное развлечение — раз уж ты пришёл в гости, выпил хозяйского лафиту, в декольте чужой жене заглянул, да ещё и съел, что нашёл, будь добр, изволь в отместку в альбоме стишок накропать или там рисунок какой нацарапать.

У девочек в моём классе такая болезнь называлась «анкетки» — толстые тетрадки, полные сопливой чуши, принцесс и завитушек. Ну и чо там декабристы ваши, брезгливо протянул я и открыл книжку, потому что там ещё и Пушкин был, а он был пацан, что надо, и трость его весила целый пуд.

И оказалось, что они все, сука, художники и поэты! Все! Все до единого! Что они рисуют как боги и пишут почти как А.С., все эти Кюхли, Пестели и прочие рылеевы. Короче, когда я отдавал книгу обратно в библиотеку, в моих ушах играла траурная музыка. Они оказались живыми, эти чуваки со смешными бакенбардами. Они не будили Герцена, они рисовали, пили шампанское и ухаживали за тогдашними дамами, позволяя себе фривольности. Ну и воевали, конечно. В охренительно красивых доломанах, с щёгольски наброшенными ментиками, в начищенных киверах, с блестящими саблями на охренительных конях.

Такими они и остались в моей памяти. Какими-то живыми. А, вспомнил. Я тогда до смерти хотел научиться рисовать что-то более осмысленное, чем палка-палка-огуречик. Поэтому меня так и зацепил тот факт, что в том кругу это умели делать все, а я, как дебил, какой-то сраной мраморной головы изобразить не могу, не то, что живого человека, сплошные имбецильные круги и «соломенные штрихи». Потом научился, конечно, но это уже другая история.

Котовье

соняКороче, у меня дома есть disco-ball, который втыкается в розетку и пускает разноцветных зайчиков по стенам. Зайчики предлагаются разного калибра, цвета и могут пускаться с разной скоростью. Кот Вася, будучи существом порывистым и нервным, очень за этими зайчиками гонялся, пока не понял, что зайцев много, а он – один, поэтому не набегаешься.

Совершенно не так повела себя кот Соня, из-за которой мы слегка опасались запускать эту диаволову машину. Соня сказала, что всё это очень интересно, но ужасно непрактично, не то, что собачья каша и творог. Продолжаем наедать попу.

Кстати, если у вас нет диско-болла, то самое время подумать о том, чтобы завести себе такой один улучшайзер настроения. Например, под него очень хорошо пить виски и скакать в трусах под песни Bee Gees. Поверьте, это гораздо интереснее, чем одетым, без дискоболла и трезвым.

Вчера вечером мы с пацанами подводили в кальянной итоги года

maksim_bodyagin_pisatelНачну с личного. Итогов года у меня три: я издал 600-страничный роман «Привратник», сменил работу и у меня новый кот. Про работу потом, сейчас про кота. Я точно знаю, что хороший кот сам придёт. После смерти Серечки я долго делал пожелания, чтобы Вася обрёл нового друга. И когда дома появилась Соня, у меня прямо сердце на место встало. Соня как будто всегда жила с нами. Сейчас она пищит, наедает попу, охотится на собачий хвост и хрюкает мне в подмышку. И это очень хорошо.

«Привратник» это моя гордость. Честно говоря, я понятия не имею, как и когда я его написал, это был адов труд, реально просто пахота до скрипа сухожилий, но зато роман получился таким, каким я его задумал. Красивые декорации, глубокие герои, непредсказуемый сюжет — всё, как я люблю. И да, мне хотелось создать мир, не похожий ни на что, и, судя по откликам, у меня получилось.

Если говорить о каких-то профессиональных вещах, я никогда не бываю доволен собой, когда речь идёт о работе, поэтому ничего о работе рассказывать не буду. Скажу лишь, что год был насыщенным и, в целом, неплохим. Не всё удалось, но кое-что сделано. Работа у медиа-менеджера всегда тяжёлая и нервная, но я хорошо знаю и люблю эту работу, поэтому закрываю год с чистой совестью.

А, забыл похвастаться. Несмотря ни на что, мне удалось написать примерно 70 тысяч слов нового романа. Урывками, ночами, но удалось. Это примерно половина. Чего мне не удалось, так это сделать роман самостоятельным произведением. Это прямое продолжение «Привратника», действие там начинается с того момента, когда… Нет, не буду спойлить, но, в общем, похоже, что во вселенной Привратника будет ещё четыре-пять книг. Я постараюсь сделать их не хуже.

Уже есть несколько негодяйских персонажей такой степени злодейства, что вы похолодеете. В новом романе Кромм по-прежнему расследует запутанные дела, матушка Элеа отошла на второй план, но будут новые герои. Вы узнаете, что случилось с Фахрутом, подробнее познакомитесь с Хероном, больше узнаете о ледяном городе и о садах терминатора. И уверен, что вам понравится красивая и капец опасная царица чафали. И да, если вам понравились кане Ине и Юнхелине, вы снова с ними встретитесь. Впрочем, с придурком Потафием тоже, как и с его дочерью, красоткой Хандоре.

И да, там по-прежнему будет вагон кровавых схваток, прикольной летающей фигни и опасных существ. И странных культов. И секса, разумеется. Куда ж без него.


Купить «Привратник», почитать отзывы и всё такое можно либо на Ридеро:
Почитать бесплатно довольно большой кусок (и, да, купить) можно на ЛитРесе

Щас про хорошее кино расскажу.

Wind-RiverЩас про хорошее кино расскажу. Есть такой американский чувак Тейлор Шеридан. Он сделал, пожалуй, самую неудачную карьеру в Голливуде, какую только возможно. За двадцать лет карьеры его выпустили на экран два раза, оба во второстепенных ролях. Его это подзадолбало и он начал писать сценарии. Он нигде не учился, просто сел и начал писать.

Сам он описывает это всё довольно забавно: «Я актёр, поэтому читал те сценарии, которые мне предлагали. Но я не был Бредом Питтом, поэтому «Семь» мне никто не присылал. Вместо этого я читал эпизоды мыльных опер. После 20 лет такого, я помню, как сказал себе: «У меня нет и малейшего представления, как сделать это [написать сценарий], но я знаю, как НЕ надо этого делать».

Первый же сценарий, который он написал, называется «Сикарио» и его тут же взял в работу многообещающий режиссёр Дени Вильнёв. Он отличный (правда, отличный!), и уже вторая серия есть. Но я не про него щас. Я про третий фильм Шеридана Wind River, который он снял сам как режиссёр. Причём, до этого он режиссёрского опыта не имел, снял только какое-то говно под названием «Гнусный», ещё до того, как начал сценарии писать.

Так вот, Wind River это просто охуенно круто. Это детективная история Кори Ламберта (Джереми Реннер), сотрудника службы «Охоты и рыболовства США», который помогает неопытной блондинке ФБРовке (Элизабет Олсон) расследовать гибель девушки-индианки в заснеженных горах Вайоминга. Ситуация осложняется тем, что девушка — бывшая подруга дочери героя, которая погибла несколько лет назад. И ещё там есть пумы. И метели. И пейзажи.

Причём, очень интересен метод самого Шеридана. Он берёт тебя за живое не сюжетом. Он использует простенькую историю для тоо, чтобы прокачать сильный характер. Его образы получаются очень цеплючими. Кори Ламберт – прямо эпический герой, впрочем, там практически все глубоки как Марианская впадина. Редко когда так бывает: посмотришь фильм и на следующий же день хочешь пересмотреть его заново. «Ветреная река» как раз такой случай.

Ещё прикольно узнать, почему Шеридан решился снять фильм самостоятельно. Дело в том, что он долгое время прожил в резервации и хотел снять правдиво, верно расставив все акценты. Кроме того, он пообещал сделать фильм честным «некоторым индейцам». Получилось очень круто.

Джорджа Смит – душевной музыки на выходные

Jorja Smith

Вот такая девочка родилась в 97-м году в Вест Мидландс в Англии. Папа у неё баловался нео-соулом и пел в группе «2nd Naicha». Он водил дочурку на уроки фортепиано и гобоя, а также классического вокала, но в академической музыке она не осталась. Девочка росла-росла, а потом услышала альбом Эми Уайнхаус «Frank» и сказала: «Это саундтрек ко всей мой жизни». Буду как она, решила девочка.

Три года назад она дропнула свой дебютный альбом. Когда ей стукнуло двадцать (это два года назад было, кошмар, да?), она записала слегка дурашливый клип «On My Mind» с граймовым чуваком с кликухой Preditah и он собрал 34 миллиона просмотров (из них тысяча моих, я полагаю). В том же году она выступила на разогреве у Бруно Марса на 24k Magic World Tour. А Бруно Марс – это не хухры-мухры, кстати.

DVeTTF6XkAAqboR

Девочку зовут Джорджа Смит (Jorja Smith) и это вам не просто шоколад с топлёным молоком. У неё поразительно подростковый тембр голоса. Иногда там чувствуются прямо детские интонации. Я пока не увидел её впечатляющих фоточек, вообще думал, что она ботанический ботаник в платьице в горох, кофте-бабушатне и очками на плюс двадцать.

Именно из-за этого неподражаемого тембра я до дыр заездил её альбом Lost And Found, особенно заглавный трек и Teenage Fantasy. Если вам хочется лиричной, мелодичной и откровенной музыки, юная Джорджа сможет скрасить ваши выходные, я полагаю.

ELxZHeNWwAAPKer

Важный рецепт для пишущего

Когда я не на работе, когда я занят написанием очередного художественного текста, то превращаюсь в параноика. У вас тоже такое бывает? Я, натурально, как протрезвевшая девица, пырюсь в кружку чаю с мыслью: «А тому ли я дала?!». А может тут подрезать? А может, тут надставить? А может тут героя украсить ветвистым описанием его полупрозрачных, в тонких венках, ушей? А может, я просто мудак и мне надо пойти спать? Но ведь роман сам себя не напишет… И так до бесконечности.

vozvrashenie-5

А тут сегодня прочёл в «телеграме», что вышел в свет сборник сценариев Звягинцева с пометками на полях. И он, оказывается, ровно такими же вопросами задаётся, точно так же: «Может быть, Арчил полезет? Давид останется внизу»; «Листает фотографии в телефоне. Видео?!!!»; «М.б., на заброшенном корабле Давид закинул блесну и клюнула рыбина (??)».

Камень с плеч. Если Звягинцеву можно, то мне-то и подавно! Мне как-то довелось с ним переговорить немножечко, это было сразу после «Левиафана», он произвёл ошеломляющее впечатление. Но спич не о Звягинцеве и не обо мне, а о том, что доверие к себе – важная штука в творчестве. Ну, налажал, ну срыгнул какую-то ересь, но лучше плохо, чем никак. Плохое-то потом поправить можно. А пустоту не поправить.

Убить, безжалостно убить внутреннего редактора и работать без оглядки – вот, что важно. А потом уже, когда текст готов, нужно откопать его труп, освежить бурбоном, накормить, спать уложить, а наутро выпустить на поле текста с кровавым секатором.

Серьёзно. Поговорка гласит: «Дураку пол-работы не показывают». Особенно если дурак – это твой внутренний критик.

Эполвотч

apple-watch-girl-1200

Apple всё никак не перестанет присылать зазывные письма, но очень странные. Например, щас предлагают мне купить свои «умные часы», чтобы я что? Стал умнее что ли? Я сейчас оставлю в стороне предложение купить наушники по цене среднего крепостного в Челябинске. Я про эполвотч сейчас.

Они красивые, но… Вот у нас на Урале отопительный сезон длится официально восемь месяцев. То есть минимум полгода я хожу одетый как капуста. Я реально одеваюсь по принципу космонавта: никаких щелей в одежде, чтобы космический холод не проник и не скукожил мне тельце до температуры средней сосульки.

То есть, чтобы проверить сообщение, прилетевшее на эполвотч, мне нужно отогнуть манжету перчатки, отогнуть внутреннюю манжету рукава «аляски», отодвинуть рукав свитера, пальцем достать циферблат часов и, сохраняя доброжелательное выражение лица (!), увидеть, что незнакомый придурок ВКонтакте прислал мне стикер. Не слишком ли много ебли на морозе для стикера с собакой?

Я не шучу, я реально проверял всё вот это, весь этот алгоритм со своими обычными наручными часами. Глупыми, но швейцарскими. Я бы понял, если бы эполвотч умели сами выползать из-под многочисленных рукавов и, исполняя джигу, говорили: «Не волнуйтесь, господин! Какой-то хер с бугра, у которого слишком много свободного времени и застарелый инфантилизм 80-го уровня, прислал вам ненужную хуйню. Покарать засранца?». И ты такой: «Покарать!». И эполвотч такие: «Слушаюсь и повинуюсь, мой господин». И посылают на эполвотч засранца электрический заряд такой силы, что у него приступ приапизма потом на неделю и искры с волос три дня слетают. Вот это я понимаю: умные часы.

Здесь должна быть какая-то завершающая мораль, но её нет, поэтому приведу стиховторные строки исполнителя Жара (альбом Love, трек «Укушенный»):

Всех вас надо налайкать
Всем вам надо полайкать
Всех вас надо налайкать
Всех-всех вас надо налайкать

Свежие котоновости

NA-HeU6Wn3Y

Сегодня кот Соня узнала, что быть приличным котом ужасно тяжело, а главное скучно. Приличные коты не едят шторы. Приличные коты не лазят по пальме. Приличные коты не царапают коленки писателям. Приличные коты не ходят по клавиатуре дорогого мака, потому что денег на новый мак нет. В общем, приличные коты – это не то общество, в котором кот Соня мыслит свою юную жизнь.

Поэтому Соня играла в неприличного кота: она носилась кругами, вовлекая зверей в интересную игру «Поймай меня, если хочешь». А если не хочешь, то будь добр оторвать старую жопу от дивана и всё равно поймай. Ещё Соня помогала сегодня заклеивать окна, потому что малярный скотч – это увлекательно и липко.

А ещё сегодня со мной все спали: Соня на груди, Вася на ноге, Чижонок – приткнувшись вплотную к матрацу. Правда, он ужасно пугается, если его случайно задеть во время сна, потом пугается того, что ипугался и клацнул по воздуху зубами, потом начинает извиняться… В общем, целая история. Поэтому по спальне я сегодня ходил как стеклянный, чтобы никого не задавить, не напугать и не разбудить.

И да, животворящий виски творит чудеса: сегодня удалось поспать целых шесть часов подряд. [Напевает] You can drink my «Be-e-ells», drink my «Bells»! Во славу отца Джека Хэкета!