На бегу

Вчера выхожу из кафе и направляюсь в алкомаркет за сигаретами, жмурясь от закатного солнца. Когда глаза привыкают к свету, первое, что выхватывает взгляд из негустой толпы прохожих, движущихся навстречу — молодой человек, одетый в стиле «Острых козырьков»: бриджи, синие чулки, пальто и кепка. И усы у него щёгольски подвиты кверху.

Следующий за ним персонаж выглядит чуть постарше, половина его головы выкрашена в вырвиглазно жёлтый, вторая — в неоновую фуксию.

Обоих юношей провожает взглядом расплывшаяся женщина. Ей нет ещё и сорока, но бесцветные глаза, густо обведённые голубым, выглядят как у шестидесятилетней. На её лице появляется сложная смесь жалости и откровенного презрения. Она стоит у крыльца алкомаркета, ёжась от влажного ветра и пытается прожечь глазами спины удаляющихся молодых людей. Но они уходят вдаль по улице, каждый по своим делам, совершенно игнорируя её красноречивую оценку, от чего она ещё глубже прячется в высоком воротнике, как черепаха, и издаёт мучительный вздох.

Меня обгоняет девушка в тяжёлых ботинках на толстой подошве и коротком плаще из кожи дерматина, кепка от Burberry повернута клетчатым козырьком назад. Женщина стреляет в спину и ей. И снова заряд презрения растворяется в сером челябинском воздухе, не достигнув цели. Я прибавляю звук в наушниках. Насмешливый чёрный голос лениво говорит поверх мурлыкающих гитарных битов: picture me rollin’… oh, wee… picture me rollin’, babe.

Я смеюсь просто так. Просто потому что уже весна и на улице столько молодых и свободных людей, делающих улицы чуть ярче.

comments powered by HyperComments