Ленин тебе ещё покажет. Куда идти, как жить

Я помню, как в школе нас принуждали учить стихи о сегодняшнем юбиляре:

Когда был Ленин маленьким
С кудрявой головой
Он тоже бегал в валенках
По горке ледяной

Его пытались продать нам, как «своего», как «такого же мальчика». И в этом чувствовалась фальшь, поскольку Ленин был советским суперменом, пролетарским Чаком Норрисом. Его имя сейчас легко можно встроить в любой мем, например: «Тень Ленина видно в темноте». Или: «Ленин досчитал до бесконечности. Дважды». Он был повсюду. С каждой стены его суровый лик следил за тобой: надел ли ты шапку, хорошо ли ты покушал, сделал ли ты домашку по математике – он самим своим видом намекал, что твой мелкий школьный долг перед ним неоплатен. Ты всегда будешь виновен перед ним.

Фото 01.01.2020, 10 50 49

Не удивлюсь, если какой-нибудь британсккий учёный обнародует исследование о том, что профессор Толкин придумал глаз Саурона, посетив в 1936 году конференцию учёных-фольклористов в Ленинграде. Ведь глаз Ленина с его хитрым прищуром следил за каждым. И когда мои соученики на переменках снимали и прятали в карман пионерский галстук, со словами: «красное носить не по понятиям», я чувствовал в этом некий ритуальный жест. Теперь я знаю: они снимали кольцо всевластья, чтобы укрыться от всевидящего ока. Иначе как курить за школой? Как трахать Юльку К. в раздевалке втроём?

Поэтому попытка втюхать нам Ленина как «своего парня» заранее была обречена на провал. Ведь его вортреты всюду, а наши – только в школьной стенгазете под заголовком «Позор троечникам и прогульщикам». И именно поэтому последние строчки стиха мы переиначивали так: «Он тоже бегал в валенках и хуй дрочил ногой», подсознательно придавая маленькому Володе Ульянову богатырские черты. «Нет, ты не с нами», как бы говорили мы ему.

Только представьте. Чтобы подрочить ногой, нужно иметь на той ноге поразительно гибкие пальцы. Возможно, самый большой из них был противопоставлен остальным для упрочения хвата, как у высших приматов? А возможно, он просто свисал до самой ноги, и от этого дрочить этот богатырский хуй было куда удобнее, на страх мировой буржуазии с её моральным разложением. Возможно он и дрочил с такой скоростью, что его нога размывалась до мутного пятна как крылышки колибри, зависшей над цветком.

Это потом, после того, как задули гнилостные ветра перестройки и наймиты запада беспрепятственно начали разлагать умы юных советских граждан, екатеринбургский художник Пётр Малков придумал цикл стихов о Ленине (правда, есть версия что авторами были сотрудники «Красной Бурды», тут уж кто во что верит, я могу и ошибиться):

Когда был Ленин в Арктике,
Он отморозил нос.
Товарищи по партии
Смеялися до слез.

***
Когда был Ленин мастером
(Наряды закрывал),
На дело революции
Он деньги воровал.

***
Когда был Ленин барином,
И злился, например —
Подолгу выговаривал
Крестьянам букву «р».

***
Когда был Ленин с массами,
С трибуны, вновь и вновь,
Смешил он всех гримасами,
Дугою выгнув бровь.

***
Когда был Ленин фраером,
Он в кепочке ходил.
Скрывался от полиции
И деньгами сорил.

И моё почему-то любимое:

«Когда был Ленин женщиной,
Он был совсем другой –
Капризной, переменчивой
И очень дорогой».

Поэтому давайте же выпьем за вождя мирового пролетариата, оставившего нам странное и жуткое наследство, подняв за это честный тост: «Ушла эпоха. Ушла – и похуй». С праздником вас, бывшие октябрята, пионеры и комсомольцы.